Рыжий Ангел: Свалка графоманства 1999-2005 гг. Если что из того периода найду

Свалка графоманства 1999-2005 гг. Если что из того периода найду - добавлю. · 14.09.05 by Рыжий Ангел

Легко, из паутинки слов, родился образ.
Из дыма сигарет – печальный силуэт.
Сквозь пепел, что летел почти что вечность,
Искрились, умирали и росли, слова.
В них было столько дивного согласья,
Что та, другая слышала его в дали.
Без музыки, без лишнего участья,
Сжигая за собою корабли, она пришла.
Взорвался треугольник.
Его, меня, ее... все сон.
Торшер горит, промерзший подоконник,
И кот урчит...играет патефон.
Она одна, другая уж далече,
А он обрюзг, ослаб и одичал.
Вот так вот род, огромный, человечий,
Разбился на троих о каменный причал

Переходя из состояния покоя
В мятежность дум и пламенных речей
Мы часто оставляем за собою
Сражения след, и думаем – ничей
Как будто бы не мы свергали в беспорядке
Богов, что стали не удел
И словно шахматы, играющие в прятки
Мы королев реальных превращали в дев
Нам Орлеанские блудницы были краше
Нарядов вычурных и пыльных
Что века? Нам надо срочно
Надо чтоб всех ярче
Была ее, как мрамор белая, рука
Нам надо страсть и бурю наслаждения
Нам надо ропот, даже крик толпы
Все за одно лишь страстное мгновение,
Когда нежны и откровенны Вы

Чашка кофе на столе вверх дном –
Гадали.
Кто-то забыл потушить сигарету –
Пепел.
Вчера снова ее вспоминали,
Ту, которой давно нету.
Карты сброшены.
Полетели,
Словно времени ход заведенный.
Она любит другую, –
Телом, собирает поцелуи влюбленной.
Догорела свеча.
Коридоры.
Снова нас в даль зовет зазеркалье.
Там гадали вчера на клейменных,
Не любимых и вечно печальных.
Никого не вернуть гаданьем.
Зелье выпито.
Горько на утро.
Обмануть себя не удастся,
Хотя, в общем, то и не трудно.
Рождество.
Новый год.
Гадаем

1999 год. Даты не помню.

За горизонтом синее море и корабли
Под парусом белым яхта из солнца и света
Дрейфует на мягких волнах
Команда покинула шхуну
Ее капитан далеко
И стоптанные башмаки
Непривычны к заснеженной мостовой
Парус мечтая поймать гуляющий ветер
Как бабочка крылья надул
Понеслась серебристая яхта на встречу судьбе
Нет больше сомнений, страданий и боли
Коль капитан позабыл о чуде,
Что море дарует отважным
То шхуна найдет вожака по смелее
Пусть даже в заснежную даль
Ей путь предстоит проложить
Надежда ведет паруса
Ассоль еще не услышала скрипку
Но мастер уж струны наладил
И Грей заказал алый шелк
Поражая торговца размером заказа
Под парусом белым яхта из солнца и света
Несется на встречу судьбе

March 04, 1999

разбросаю листья по лицу
поцелуй осенний так прохладен
я лежу и мир невероятен
я его спиной в себя вберу
а лицом уткнусь в благое небо
где дожди и снег есть божий дар
в середине я
я быль и небыль
поцелуй осенний и пожар
________________________________________

сухою пылью наглотавшись
дорог извилистых желаний
я превращусь в былое НЕЧТО
что обитало до создания
я погружусь в сознание сферы
которая еще не стала
планетой человека
верой
и колыбелью для начала
подобно червяку в утробе
младенцу чей набат не пробил
я отправляюсь по дороге
вселенной первозданной робе
я черная дыра из книжек
и светлая звезда созвездья
я пыль дорог и смех мальчишек
и кто-то там
из поднебесья
_____________________________________________

Привет горячими губами
От поцелуев и словес
Привет от сонного повесы
Что жаждал страсти и принцесс
Привет от словоблудья ночью
От стрессов сумрачных дневных
Привет от междустрочья точных
И от сложений слов кривых
Привет и пожеланья утра
Капели с крыши и людей
Что вечно хмуро-неприступно
Несут по миру горсть идей
Я пожеланий теплый ворох
Прикрою сонною рукой
И пожелаю тихий шорох
Когда ты рядышком не мой
И в этом шорохе надежды
Когда одежды так тесны
Я пожелаю дух мятежный
И страстный поцелуй “на Вы”

March 16, 1999

За полвека переливы Ваших слов
Стали чем-то горделивым – из основ.
За полвека Вы пропали – словно прах,
Вас из мрамора сваяли на углах.
Всякий всуе мельтешит сказать про Вас,
И стыдливо промолчит в который раз:
Если что-то не из “правил” почерпнет ,
Если скажут что Вы и пламя, Вы и лед,
Если надо будет мир сей раз делить
На бессилие и силу, чтоб сложить
Вас из света и из тьмы, Вы – человек,
А не памятник, не уходящий век.
За полвека переливы Ваших слов
Стали чем-то горделивым – из основ.
Разрушая возведенные мосты
Я прочту стихи в которых Вы на “ты”

Медленно скользя по увяданью слов,
Приходящих незаметно быстро,
Я поймаю мыль – она искриста
И возможно есть основа из основ.
Я поймаю нечто из себя
В спектре черно – белого начала.
Может это не понять с начала,
Надо лишь любить в себе тебя.
И хотя все только в жизни прах,
Наш приход закономерно вечен.
Искрой мысль играет на губах – Легок смех, прекрасен и беспечен.

Расщепляюсь на сотни атомов
Из весны состоящих и солнечных.
Одиночество столь понятное
И пророчество – наворочество.
Кто-то древний сказал: “Не выживем!
Переменится мир в конечности,
И на атомы, на беспечности
Растворимся в далекой вечности”
Вот тогда и встретимся милая,
Столь далекая и желанная.
Я из солнечных,
Ты из призрачных.
Первородные.
Первозданные.

Пора уходить в далекое завтра из призрачных снов,
Уж ночь на исходе.
Пора избавляться от тяжести зимних оков,
Отдавшись природе.
Пора надевать легкие платья и блузы,
Из нежного ситца.
Пора распрощаться с прошедшим вчера,
Чтобы стремиться....
Стремится найти, обладать, восхищаться, влюбиться!
Пора?
Да, пора!
Вот только бы не ошибиться.
Вот только бы выбрать начальное время для новых свершений.
Придумать любимых,
Наделать ошибок из вдохновений.
Из грез обладанья построить прекрасные замки:
И на закланье,
И в короли,
И может быть в дамки, – Прорваться, пробиться, протиснуться или прибыть.
Пора просто жить
Восхищаться и снова любить...

March 31, 1999

Вот и сказаны слова в молчании.
Правды нет, как нет и золота.
В придорожной церкви венчание.
Ах, как горько рыдает колокол!
Даже ворон в сей час не кружится,
Не кричит надрывно-отчаяно.
Кто сказал, что молчание золото?
Это блажь!
Оно – прощание...

Можно я Вас поцелую, пока вы спите?
Ночью дарили Вы нежность,
И это было открытием.
Я открывала книгу Вашего тела.
Листала страницы губами,
Как все было бело.
Кто же писал Вас до этого часа?
Мне хочется слышать признание.
Но, Вы так тихо спите,
И призрачно Ваше дыхание

May 18, 1999

я несла грозу за ниточке
в город солнца
покрывала серо-черным
всех прохожих
словно сталкер в неизвестное
жар на улице
провожала поцелуи летних громов
я несла грозу на ниточке
вам напиться
захлебнуться на мгновение прохладой
чтобы завтра говорили
было призрачно
и озоново
было надо...
я несла грозу на ниточке

June 26, 1999

Мы выиграли главную гонку,
Ее цена – жизнь.
Нам даровали первый приз,
Его название жизнь.
у нас будет миллион сражений,
Побед и поражений.
Тысячи дней солнца
И столько же тьмы.
Но когда кто-то захочет уйти,
Говоря, что нет силы идти,
Бежать или сражаться.
Покажите ему поля,
Человека идущего в дождь,
Каплю росы по утру,
Томление души и дрожь,
Которую переживает влюбленный.
Покажите венок сплетенный,
Надетый на чью-то кучерявую голову летом.
Покажите ему это,
И напомните что...
Мы выиграли главную гонку,
Ее цена – жизнь.

June 27, 1999

Медленно, как капля поднебесья,
Падаю на плечи полукровок
Полу Боги, полуЧеловеки
Все на половину – жор и голод
Медленно как первых хлопьев стая
Снега, что слетает в час рассветный,
Опадаю умирая за день,
Чтоб остаться каплей незаметной
К Вам на плечи – сила притяжения
Так легко лететь и так приятно
Пахнет мятой, клевером и воском
Пахнет чистотой опрятной
Словно из другого поколенья
Века или просто “между жизни”
Упаду на плечи легким снегом
Только ты рукой не очисти
Вороник, что поднимаешь выше.

October 08, 1999

Встречается день-ночь
Сумерки – времени нет
Кто-то снова уйдет прочь
Ну а кто-то поймает рассвет
В перекрестке дорог – свет
Старый дуб и сундук бед
Кто-то ищет всегда ответ
Но вопроса то, в общем, нет
Переходит “да” в “нет”
Возвращается в старь новь
И течет времени бег
Обдирая пятки в кровь

Касаясь губами мундштука,
Словно лакомство ребенок поедал,
Она вдыхала запах, и сандал,
Ей мысли южные как ветер напевал.
Из ветра севера родился тихий “до”,
Из западных припевов моря – “ре”,
Она надела старое пальто,
И шарф, оставленный для всех.
То старый грек, который видел мир,
Оставил дар шотландского мотива,
А шарф тот грел, она была красива,
Касаясь мундштука...
И пепел облетел.

Паутинками слова в узор
Переменчивы как яблоневый цвет
Ты вела неспешный разговор
Я плела неспешный этот бред
Паутинками рождались образа
Словно кто-то рисовал их по стеклу
Словно ветер говорил “Я тоже за.
Мы увидимся, я скоро не умру”
Паучок судьбы был очень стар
Он играл на скрипке как сверчок
Позабыв, что все это не так
И что, в общем, он то не причем
Паутинками в узор легли слова
Ночь ступала на порог вся во снегу
За пол ночь зашел наш разговор
Паучок посапывал в углу.

У каждого своя звезда,
А кто-то есть и под моей звездою.
Я звездный дом в ночи сейчас построю
Моя – твоя…а может не судьба?
Из млечного пути сплетаются года
Молочница бидон свой позабыла
И небо черное, все молоком умыла,
Что бы горела общая звезда.

Читайте между строк:
“Я вас люблю”
На самом деле, черное на белом:
“Вчера шел дождь и город опустелый
Печаль колоколов нам даровал”
Читайте между строк:
“Я так скучаю. Я приготовлю чаю на двоих”
Написано всего лишь:
“Я читаю, и плед лежит у ног моих.
А белых хлопьев мир встречает песней
Уж скоро Рождество и сказочный финал”
Читайте между строк:
“Однажды будем вместе, в пути, что нам Всевышний даровал”

November 07, 1999

как расстояние нас разъединяет
как пластырь по живому... волосок
из сотканных планет нас кто-то проклинает
из сорванных миров в висок, в висок
свист слов и разделение неизбежно
по жадному глотку – “Вам уходить”
и в Океане чувств, так призрачна надежда
теорий глубины серебряная нить

Расплелось. Светает. Тает.
Капает наоборот.
Внутрь из вены вытекает.
Пух весенний. Новый год.
За обложкой новой книжки
Старый, читаный роман.
Ровный строй неровной стрижки.
Джинсы, кепка, вопль мам.
Черный вихрь умытый утром.
Водосточная труба.
И губа чуть-чуть надута:
“Может, все же, не пора?”
Да, наверное, есть время.
Поцелуй и твой язык.
Утро. Дождь. Трамвай. Капели.
Миг прощания – встречи миг.

January 05, 2000

-Хотите кофе каппучино?
-Нет... Да! -Вы верите что есть причина? -И что тогда?
-Не стоит говорить согласие, коль правды нет
-А если правда есть несчастье?
-Ну, это бред!
-Из правды может боль родиться.
-А может свет.
-Хотите кофе каппучино?
-Наверно, нет.

______________________________________________

В промерзшем метро, словно ребенок,
Что вышел из люльки,
Иду и качаюсь...
День прожит и сон,
Приходящий так быстро,
Власть надо мной обретает.

_____________________________________________

Ах скользящих минут бег –
Твой приход и мое возвращение
Электричка, метро, снег,
Сигарета, пепел, Крещение
В полумраке ночных муз
Полушепот и полудыхание
Разорву переплет уз
И вернусь навсегда с покаянием
Разорвется в ночи крик
Так легко уходить принимая
Каждый прожитый нами миг
В даль несомый последним трамваем
Ах, скользящих минут бег
Не вернуться на шаг во вчерашнее
Нежность губ, поцелуй, снег
И звезда на ладони упавшая

January 21, 2000

Поезда. Поезда. Поезда.
Стук колес ровно в сон и слова.
За окном догорает звезда.
Навсегда. Навсегда. Навсегда.
Никогда не вернуться назад.
То, что сказано, не воротить.
Расстояния несут поезда,
Магистраль быстрокрылую нить.
Чередуются зимы – весна
Нас несет заколдованным кругом
Поезда. Поезда. Поезда.
Чтоб столкнуть на перроне друг с другом.

А у меня есть друг гурман и фаршированная рыба
Табачный, старый капитан на кружке выпитого пива
И сигаретный разговор влетает в старую каюту
Чтоб разбросать слова повсюду, перемешав весь этот вздор.
А у меня есть друг гурман, и в нем идет война с желудком
Вот фаршированная утка для милых дам, для милых дам
Наш мимолетный эпизод уже на пятой строчке вирши
Мой друг гурман, мой друг гурман над макаронами не дышит
Ему совсем не до меня, его волнует откровенье,
Что из забытого варения сварганит он на склоне дня
И полон жизни океан, им надо только насладиться
Мой друг гурман, мой друг гурман сегодня ночью мне приснится.

Шекспир был скряга
Старый параноик он видел мир совсем наоборот
Его друзья считали министрелем, и, приносили, вкусны дары
Прощая те мгновения безумства, что порождает вдохновенье
Шекспир был скряга
Словно старый рыцарь копил слова, сознанием рождены
Молчал и слушал восхваления гостей
Он чувствовал простой подхалимаж, и исповедь идущую от сердца
Шекспир был скряга
До простой беседы он снисходил как будто бы с небес
Пил по глоткам признание людей в ошибках жизненных
И восходил обратно, чтоб подарить сознание бытия
В стихах, найдя лишь путь быть щедрым

Расставанием веет вьюга
Не тревожься, не сердись
Словно ветер предрассветный
За плечом остановись
День несется колесницей
Оставляет свою тень
Ночью голос твой приснился
И капель, капель, капель
Посмотри, умылось небо
Кровью прожитого дня
Без тебя, что было – небыль
Словно не было меня.

Ах скользящих минут бег –
Твой приход и мое возвращение
Электричка, метро, снег,
Сигарета, пепел, Крещение
В полумраке ночных муз
Полушепот и полудыхание
Разорву переплет уз
И вернусь на всегда с покаянием
Разорвется в ночи крик
Так легко уходить принимая
Каждый прожитый нами миг
В даль несомый последним трамваем
Ах скользящих минут бег
Не вернуться на шаг во вчерашнее
Нежность губ, поцелуй, снег
И звезда на ладони упавшая

Переплеты красного на сердце
Умираю медленно – на память
Мне бы на минуту лишь согреться
Мне бы на мгновение лишь представить
Там за одиночеством далеко
Разговор ведет ночная птица
Рыжего крыла коснется ветер
Чтобы поцелуем возвратится
Переплеты красного на сердце
Ими расстояние измерю
Соберу прошедшие потери
Рыжей птицей в мир открою двери

До свидание, сказка!
Подвинься на чемодане.
Видишь, прохожий пинает осенний лист.
Перрон опустел. Мы пропустили поезд.
Кто-то выпил вино, а кто-то песню допел.
До свидание, вечер!
Тебя уносит прощание.
В даль уходит дорога. За поворотом огни?
Я не хочу оставаться. Возьмите меня с собою.
Буду маленьким лучником или собакой большой.
До свидание, любимые!
Вернее одна, любимая.
Все кончается, знаешь? О чем это я, о чем?
До свидания!

February 14, 2000

Уходит День Рождение
По капле на стекле
Стекает вдохновение
Дыхание на земле
Не старше, не моложе
В мгновение года
Я может стану строже?
А может никогда?
Я может стану птицей
Перо мне бьется в грудь
А может превраться мне в камень?
Не забудь... меня не будет долго
Три года на земле
Уходит День Рождения
Как капля на стекле
___________________________________

Ах, мой король, я больше не воюю
Устала флейта петь под звон картечи
И только горькие на поле брани речи
Прощальные со смертью поцелую
Ах, мой король, я больше не воюю
Вчера мне принесли письмо из дома
Там вырос брат и стало незнакомо
Желание вернуться побыстрей
Из века в век лишь слезы матерей
Ах, мой король, я больше не воюю
Я завтра соберу свои мундиры
Начищу ордена, чтоб огненно блестели
Мои друзья, мне соберут постели,
Поставив в дом чугунные кресты
Ах, мой король, увы, увы, увы...

_______________________________________

Я болею стихами по средам
Кто-то может пропишет лекарства?
Я зову это собственным бредом
Ухожу в тридевятое царство
И на кончике звука рожденный
Первый вздох от крылатого слова
Прокричит в этот мир окрыленный
Улетит. Не вернется. Не ново.

___________________________________

Я мимоходом задела локоть
Случайный взгляд как лезвие ножа
Ах эта похоть, ах эта похоть
Когда дыханьем легкие разжать
Мне кажется что мы встречались раньше
Когда-то в прошлом на краю земли
Не надо фальши, не надо фальши
И в омуте тонули корабли
Я Вас узнала только на мгновение
И буду долго – долго вспоминать
Ах эти венки, эти столкновения
Когда мой поцелуй не дал Вам все понять

February 29, 2000

Я буду скоро как все:
Нарожаю детей кучу.
Буду мужа до ночи ждать.
Где шатался ты, гад, опять?
Буду платья красивые шить
Раз в году, по праздникам, или
Буду в гости к знакомым ходить.
Меня сегодня не пригласили?
Я буду как все в толпе –
Мерно так жевать обед и ужин.
Макароны будут сниться во сне,
А праздничный торт мне не будет нужен.
Я буду как все – во цвет
Подбирать кавалеров и росту.
Говорить, что на старости лет,
Жизнь прошла, ах как не просто!
Я буду скоро как все.
Тишину разрезают трамваи.
Могу даже перестать петь во сне…
Но зачем я тебе такая?

October 10, 2000

Грустно и одиноко.
Одену шапку на брови.
Подниму воротник до уха.
Второе оставлю открытым.
Завтра будет спокойно.
Ветер ушел на север.
Снег покрыл все белы.
Одену одежду к утру.
Ночь фонарями светит.
Где-то летит надежда.
Кометой расчертит небо.
На-па-по-лам.
Хочется новых песен.
Лиц не очень глупых.
Разговоров без перерыва.
И новой любви... А вам?

December 17, 2000

все слова пошлы
и люди – лишни
мне надо быть только рядом – скучаю
разорванным атомом ощущаю
разлука близко
мы можем не говорить
молчание не будет грузом
машину заносит юзом
и хочется закурить
вишневых глаз теплота
кровью пьянит – к разлуке
слова рождаются в муке
за ними лишь темнота
мы знаем, будет встреча
привычка родилась с годами
вальты ложатся к дамам
пасьянсом тебе на плечи
мы знаем, дороги где-то
в дали, по законам природы,
снова пересекутся,
даруя счастье свободы
прощай же сестра севера
холода и серых кварталов
вином во мне прозвучало
обыденное “до встречи”

Мы с вами не были знакомы
и на века
Нас разделяли люди, реки
и берега
Я Вас читала в дни открытий
то был Ваш мир
Я пережила все события
в игре сапфир
Вы из далекого начала
не знали нас
Но в Вас я все же прозвучала
в предсмертный час
Не знали Вы, что было это
была лишь я
Вы видели меня из света
небытия
И может быть через столетия
родится час
Где я и Вы в краю бессмертья
и мир для нас

А у меня вот настроение снега
Белой снежинкой на плечи тебе
Выйдешь на улицу – лягу
Посмотришь – растаю и каплей скачусь
Весной прорасту в траве
Ты сорвешь и пощекочешь ухо – улыбка
Между зубами зажмешь меня
По губам проведешь – зыбко
Потом надломишь...а ведь это я.

February 04, 2001

На ниточке куклы:
Рождаются, учатся, любят,
Изредка предают,
Играют, верят, губят
И создают уют.
На ниточке куклы:
Улыбки, горечь, смех,
Порой прощают ошибки,
Не все и не всех.
На ниточке жить просто – С верху ведут всегда.
А где-то еще есть звезды
И новые города.
А где-то снег словно хлопья
Или лебяжий пух.
Но куклы на ниточках видят
Старый сундук.
Но куклы на ниточках слышат
Лишь голос поводыря.
Хотя, отрезать легко их,
Так сделали ты и я.
Конечно, потом очень трудно
Решиться на первый шаг,
Но если верить в чудо,
То можно…
Попробуй. И так…

На грани фола – свет и тень:
Две стороны медали.
Мы в эти игры в детстве не играли.
Запретный плод еще нас не манил.
Стремленье к цели – путь, дорога.
Предвосхищение. Переполненье чувств.
В груди живет приятная тревога, – Полуулыбка нежных уст.
Перемешать надежду и сомнение,
Разбавить каплей флирта и печали.
Мы в эти игры в детстве не играли,
Но были рождены для них.

Капля воды по стеклу,
А на улице снег.
Бег замедляет время.
Странный бег.
Вчера не вернуть – закон,
И завтра еще не пришло.
Двое уснули в ночи.
На землю спустился сон.
Все чувства стремятся к покою – Утром родится любовь.
Где-то уснули двое:
Такие как ты и он.

Чистый лист настолько безупречен,
Что совершенство не находит слов.
(Слова) Рожденные пером и человеком
Лишь равновесие нарушат в нем.

Новый век – ритм барабанов.
Танец крови и танец в крови.
Полу призрачный, полу пьяный – Стой, замри, позови
Год за два. Время мчится галопом:
Изменяются мода и стиль.
С каждым годом стареет Европа,
Солнце гаснет как старый фитиль.
В относительном расстоянии,
В относительной тишине,
Постоянное не понимание.
Луч надежды. Стремление к весне. – Хочешь флирта? – Боишься! – Что не познано, манит к себе – Вдруг случится переродиться, привыкая к новой весне… – Мир изменится? – Это вряд ли…Может, просто изменишься ты? – Новых чувств ураган проклятий с голубой летит высоты. – Хочешь счастливо жить? – Конечно. – В сказки веришь? – Наверное, да. – Принц твой сказочный где-то мчится… – Мчится прямо сюда? – Ты надейся. Чудо есть чудо. Обыкновенное или нет. – Я твои слова не забуду – Нет, забудешь, как только придет рассвет.

Говорят, что в любви не бывает всё одинаково:
Кто-то любит сильнее, а кто-то позволяет любить.
Говорят, что и дружба – явление знаковое:
Для кого-то стрела, для кого-то обрывка нить.

Проталинки, проталинки,
А среди них ручей.
Бежит и вьется маленький,
Лишь твой и мой – ничей.
Проталинки, проталинки,
И время перемен.
Забудутся печали все
На золоте лучей.
Из солнца нарождается
Твой зайчик золотой,
Бежит по тем проталинкам
И дразнит нас весной

Есть женщина, несущая нежность – Жестом, взглядом, словами.
Она зажигает пламя
И думает «так было всегда».
Есть женщина, словно буря – Сметает все перед нами,
Строит новые замки и города.
Есть женщина тише ветра,
Что утром дарует негу,
Ревнует к последним звездам
И дышит росой на траве.
Есть женщина где-то в Москве…

День отдыхает вечером каплей дождя,
Утренних грез на первой звезде шепот.
Завтра будут тревоги дня – время,
Мчится вперед и тебя уносит галопом.
Все завершается, времени ход неизбежен.
Дружба родится не слышно – все чувства проснутся…
Позволь же себе насладиться общением лета,
Позволь же себе в чувства до дна окунуться.
Тает как снег разговор и скоро в дорогу.
Жизнь разведет мосты и поставит стены.
Встретимся, может еще раз, всенепременно
Со светлою грустью и ностальжи по былому.

Ах, какая осанка и взгляд!
Строгость речи и мимолетность улыбки!
Кто-то готов вернуться назад.
Кто-то боится шага и, возможно, ошибки.
Ах, как легко сводить с ума,
Говорить, что комплексов больше чем надо.
Кто-то верит во все слова.
Кто-то понимает, что видеть душой – отрада.
Ах, как призрачен разговор.
На грани фола, и думайте что хотите!
Кто-то подумает глупость в укор.
Кто-то поймает цель мимолетных событий.
Ах,…

Беспричинное счастье keep smiling –
Солнечным зайчиком по проводам.
День играет улыбкой, и ты есть весна,
Значит, по лужам мальчишки вновь корабли запускают.
Беспричинное счастье – идеи рождаются ветром.
Небо – твое отражение, и облака, несут ощущение лета.
Предвосхищение свободы, удачи и силы,
Вот что дарует нам утро, в котором есть ты,
А значит надежду, что все исполниться в срок
Беспричинное счастье – keep smiling.

Дай господи счастья той,
С белой кожей и голубыми глазами,
Чтобы касались ее губами
Губы рожденные тобой.
Дай господи ей тишины,
Улыбки утром и неги.
Подснежники еще в снеге
И ждут начала весны.
Дай господи ей любовь.
Такую, какой она пожелает.
Заснеженный город тает
По лужам неся корабли
Дай господи ей любви....

Старше меня, а словно ребенок.
Хочется прижать к груди:
“ш-ш-ш, маленький”.
Видишь, капель и проталинки?
Скоро придут корабли.
Скоро вернуться принцы.
Поход был труден и долог,
Но самый красивый
Уж поднял полог,
И на коня вскочил.
Но самый умный,
Уже ногою в стремени.
Не плачь, осталось мало времени
И надо много сил
Тому, кто о тебе просил.
Просил у Судьбы и Бога.
Кто мечтал ночами и днями.
Ты только зажги пламя
И не туши свечи
Ну, что ты????
Ш-ш-ш, помолчи...

April 06, 2001

Настроение кажется весенним
Вы гостей сегодня ждете к ночи
Вы простите, я на новоселье
Прихожу вот так вот, между прочим
Вижу, что повесили Вы люстру
На веранде новое плетенье
Что-то смотрите немного грустно
Настроение «после новоселья»?
Не спешите прогонять в дорогу
Хоть без приглашения, но все же
Пригожусь. Поверьте мне. Ей Богу.
Я устал быть только лишь прохожим.
Слышится мелодия из ретро
Пианино плачет целый вечер
Провожая путника в дорогу
Небо зажигает звезды-свечи
«Новое веселье» – все конечно
Дождь по проводам и по асфальту
Гости все разъедутся к рассвету
Тихим «до…» под утренней вуалью.

May 14, 2001

все обещают все.
а я дарю.
не люблю обещать.
я волшебник.
лучше раскрою ладошку
там мир
держите
не жалко совсем
все обещают что-то
не верьте
слова разлетаются гласными буквами
согласные где-то теряются
просто эфир
лучше возьмите детство
перемешайте с красками
воспоминаниями и надеждами
и там найдете меня

Пошла курить. Обещала вернуться.
Хочет фотку и пишет латиницей.
Удивительное дело не правда ли?
Говорят еще умеет ждать.
Пошла покурить.
Оставила сигарет приятный запах.
А быть может только кажется?
Надо тогда погадать...
Кажется – нет...не верится.
Впрочем в поток не войти.
Пошла покурить. Проветриться.
Значит, должна прийти.

а я не боюсь себя потерять
одиночество не позволит
когда кто-то меня уволит
из любимых – вернусь опять
вернусь к себе и найдусь
здравствуй, потерявшаяся Наська
Как настроение? Здравствуй!
Хочешь пойдем гулять?
Я покажу тебе мир
Радугу над проводами
Сегодня играет губами
Глухой скрипач на бис
Я прочту тебе стих
Белый – глаза слепит
Вечер покроет ветер
Запахом табака

Ты знаешь, когда я был маленький...
Знаю. Все было огромным и мир
Словно комета летел огибая
Чью-то загадку. Играет сапфир
На пальце..ты вырос.
Деньги, дороги. Чьи-то слова на сонную грудь.
Решает проблемы и наши тревоги мир,
который решил обогнуть..
Странные фразы ты строишь утром
День проживаешь глотая слова
Мир огибает.....
Трудно. Трудно. Понять: что? зачем? и куда?

Это пройдет. Да, ЭТО проходит.
Уходит все в никуда. Во вчера.
Летним дождем под ноги прохожим.
Пухом на плечи и в небо – звезда.
ЭТО пройдет, останется что-то.
Грусть или светлая чья-то печаль.
ЭТО проходит.Уходит.Вернется?
ЭТО....но почему-то все-таки жаль.

рыжие добрые,
веселые и немного ленивые.
словно разморенное солнце –
работать им лень. только сиять и
способны. ловите.
рыжие начинают и выигрывают.
новый день.

она немного пьяна
губами касается кромки бокала
играет серьезную даму и кажется мир смешным
она немного пьяна
для меня безумно мало
но хочется флирта и неги
и хочется быть другим
она немного пьяна
легка и податлива телом
можно брать – целовать
пусть думает, то игра
она немного пьяна
она чуть-чуть опьянела
я трезв и это не плохо
пусть выпьет меня до дна

За сигаретой сигарета. Ночь.
Чредой несутся люди. Прочь.
Из пресечений разных мнений. Мысль.
Вот тот дурак, а этот гений. Ты оглянись.
Из виртуального пространства – не бытия.
Родится чье-то постоянство. Жития.
И будет новый киборг пипл. Он человек.
По венам байты и пробеги. На сотни лет.
За каждым новым кликом мыши. Рождение снов.
И ты кричишь. Тебя не слышат. Тут мир таков.
За сигаретой сигарета. Рождает мир.
Из дыма полыни и света.
Ты мой кумир.

Когда мне будет 15, а сверстникам 60
Закончится детство и юность проседью ляжет
В пору любви и первых сонетов в ночи
Мне осень покажет лишь путь на качели из детства
Смешно, все смешалось и в принципе надо
Мне только тебя, умеющего так вот любить
За возраст, за слабость, за то что другие простить не могли
Мне надо и звание эгоиста в себе я ношу как награду
Мне надо

Мы ищем нежности и страсти
Порой любовь на уровне души
Обременяет, заставляя нас трудиться
Мы любим телом, тело же и вознося
На постамент постели в ночь.
Мы ищем что-то, что дарует счастье
Покой и утешение в страданиях
Того, кто сможет разделить всю боль
И поделиться счастьем половиной
Мы ищем жизнь, мгновение и миг
Не возвратить ни юность ни младые годы
И каждая пора природы дарует то
Что связывает в нить все дни
Что бы найти и позабыть
Мы ищем

прости меня за этот бред
тебя тут нет. тебя там нет.
ты выдумка из прошлых снов.
ты выжимка из соков летних.
прости меня и за столетья
мной разделенных берегов.

я не люблю рифму
слишком все гладко
за правильным ударением
теряется смысл фраз
за четкостью логики
чувства играют в прятки
все вроде красиво
а жизнь не удалась
уж лучше будет разорвано
ветрено и надрывно
уж лучше задуматься чтобы
“а что хотела сказать?”
и каждый решит по своему
и это будет призывно
думать
надеяться
верить
и, конечно, страдать

вот меня тянет на берд
это все от одиночества
это все от того что самодостаточность многих
мешает жить одному
нельзя быть достаточным полностью
это удел убогих
или наверно Бога
но это известно ему самому
меня же тянет на бред
хочется слышать и слушать
хочется мир понять и
упустив тишину
истину возродить
в ладонях согреть душу
чтобы к утру отпустить
знаешь, я скоро приду

окунусь головою в траву – зелень
терпкий запах и желание петь
закрою глаза
где-то высоко ели
где-то далеко люди
и хочется полететь
окунусь головою в небо
спину обнимет солнце
руки – огромные крылья
я обнимаю мир
скажите все это сказки?
можете верить-не верить
я окунусь в детство
солнечный зайчик
на кончике ваших сапфир

Моя ночь раскололась на двое
звезды – солнце твое
тьма – мое покрывало
Яркое небо над твое головой
Сонным дурманом на плечи упало
время в дребезги. словно,
Чашка летит со стола
То, что крикнешь ты громко
Тут шепотом по зеркалам
То что скажу я чуть слышно
Эхом в твоих горах
Кто-то стихи пишет
на приоткрытых губах

Да не умею я писать стихи!
Все на кончиках пальцев и нервов
Все не верно и ты не первый
кому говорю ” не могу!”
Я лучше буду вот так вот
Словно дождь по рваной бумаге
Чувства медленно перекапывать
В знаки и символы слов
Я лучше скажу как умею
возможно порой коряво
Что чувствую или имею
За маленькой, в общем, душой
Мне просто бывает больно
Хотя, чаще всего, одиноко
И то, что зовешь ты стихами,
Всего лишь простой монолог

May 21, 2001

Она смотрит на меня по собачьи преданно.
А над городом облака и солнце.
Она ловит улыбку и смущается как ребенок.
Вечер в самом начале.
Она не понимает шуток, ведь русский для нее чужой.
Но даже два часа со мной для нее счастье.
Я не умею быть сукой корыстной.
Она стремиться оплатить обед и поймать мне машину.
А может, я задержусь?
Она бежит за пачкой сигарет и заказывает еще кофе.
А может, я побуду чуть больше рядом?
Она уходит всегда не оборачиваясь.
А вдруг я ее окликну?
Я не умею быть сукой корыстной.
Я не буду звонить ей.
Она позвонит сама.
Я буду оттягивать встречу.
Она упросит о ней.
Я заплачу за ужин, и снова будет конец, потому что начало так и не пришло.
Сука корыстная.

May 21, 2001

В бокале не по размеру
Кусочек средиземного моря
Хочешь? – Утолит печали
Хочешь? – Утопит горе
В бокале не по размеру
Кусочек средиземноморского счастья
Солнечное причастье и осколок лета
В бокале не по размеру
Глинтвейн не найдет утешение
Кусочек средиземного моря
Утреннее вдохновение

May 29, 2001

Я целую Ваши руки
В сумраке теней
В треугольнике разлуки
Многогранность дней
В переливе перезвона
Телефонный треск
И на куртке почтальона
Оловянный блеск
Он целует Ваши губы
В ожидании слов
И на росписи чернильной
Звуки городов
Из разорванности судеб
Переплет судеб
Из теней на пелерине
Много слов и бед
Из углов и многограней
Счастье льется вскользь
Вы – “грустите”
Он – “кричите”
Я – “теряю”
Врозь...
Не исправить параллели
Вместе не сложить
Все расставит только время
Значит будем жить

September 02, 2007

Не хочу о грустном
О террористах, не любви и болезнях
Не хочу о черном квадрате
Темно и кажется двести...
Двести лет заточения страха
Взрыв и наружу обломками зданий
Не хочу тебя в мироздании
Что осколками по асфальту пути
Млечному? не пройти...
Залечить не получится
И не склеить
Не хочу ни думать, ни верить
Что придем к такому к концу
Хочу тебя к венцу
И смотреть как красива в наряде невесты
Целовать живот и крестить детей
Не хочу жить в поднебесной
Хочу счастья в ней

September 18, 2001

Здравствуй, милый мой, здравствуй!
Знаешь, в Москве потепление
Льют дожди, и, кажется, праздник
Смыт был с асфальта вчера
В поезде спалось душно
Лениво храпели трое
И мне на верхнюю полку
Проводник подавал чаи
Влечение тела к телу
Лишь первая из ступенек познания
К тому, что бы душа запела
Не прячь ее далеко
Да, знаешь, мое зрение
Стало привычным к серому
И после соленной Балтики
Зима приходит легко
Ветер не кажется колким
Капли дождя не волны
А жирные воробьи совсем не похожи на чаек
Память материя странная
Рисует картины из прошлого
Воспоминания о воспоминаниях
Почти на грани возможного
Хочется на мгновение холодного ветра
Кастраты, говорят давно извелись
Но в шторма их слышно еще
Поют голосами севера
Залива, что лужа, Финского
Спать уговаривать засветло
Время им пришло
А впрочем, это из серии,
Когда философия памяти...
И это не к месту, а значит
Пора возвращаться в “седло”
Москва трамваями кружится
Дождем умоется засветло
И знаешь, еще обнаружится
Что дел предстоит не счесть.
Так что мой милый, здравствуй!
Время по новому кружится
И поцелуя горячего передает привет.

Привет, кукушка!
Питерская сторона славится своими ветрами,
Финским заливом и нами,
Когда вино выпиваем до дна.
Привет, кукушка!
Сколько еще нам жить?
Ветер гонит “барашки”
Как стадо по серому морю
И кто-то сверху нас сторожит
Даря то радость, то горе
Привет, пернатая!
Подбрасывая другим птенцов
Как Божок, что дни сменяет ночами
Ты не помнишь кому и тебе не до них
Главное чтобы в ночи не кричали
И не будили других
Так вот и мы
Вылавливаем “сейчас”
Стараемся жить днем грядущим
И кажется жизнь вполне удалась
Мучает лишь тоска о насущем
Привет, кукушка!

November 05, 2001

Изменилось настроение
Легкой поступью настроя
Все созвучия на до
До – мостроя, до- восстроя
До – и кто-то снял пальто

Изменилось настроение
Белым хлопком поднебесья
Ре-возврат, и кто-то вместе
Ре-вперед – нас будет двое
И струна не портя строя рвется в звонкой вышине

Изменилось настроение
Ми- скользящей где-то рядом
Ми- от ласкового взгляда
Медленно прошел прохожий
На тебя чуть-чуть похожий

Изменилось настроение
Фа-играет дождь по крышам
Фа-со снегом вожделенно
И игру ту я услышу
Та игра не будет бренной

Изменилось настроение
Соль-скользит слезой под утро
Соль-не солонно, но прянно
Вдруг увидеть – это чудо
На рассвете рано-рано

Изменилось настроение
Ля-ребенок в школу мчится
Ля-и новая страница в той тетрадке
Словно птица улетает на всегда
Как года-года-года

Изменилось настроение
Си-звенит бокалом винным
Си-любимым, не избитым тактом
В нотный строй ложится
Словно алая жар-птица

Изменилось настроение
До-мажор тебе присниться
Изменилось...

November 13, 2001

Мне не хватает времени и умных лиц.
Красивые, пускай, останутся с другими.
Мне не хватает слов, чтобы сказать,
Как близки мне родные.
И как люблю я тех, кто рядом.
Мне не хватает суток и часов.
Условности, что формируют жизни наши – узки.
Я не закрою двери на засов
И выпить дам не тронутую чашу.
Так много в миру дисгармонии в делах
Так много боли, тупости усталой.
Что удивляюсь я, как путник запоздалый,
Откуда есть гармония моя?
Она в тебе. Ведь ты немного я.

Хорошо быть великаном.
Видно все из далека.
Разрываются упрямо
Из-за ветра облака.
Разрезает солнце небо.
Пламенем горит закат.
Великаном ты был? Не был.
Нет, ты был,
Но много лет назад.
До рождения.
Перед смертью.
Когда мир был не так скор.
Когда лучшею удачей
Был в лесу зимой костер.
Когда летом травы, зелень,
Песнь ручья и соловей.
Был ты сильным великаном на горе,
Где соловей, пел прощальной ночи песню.
Все забыл.
Забыл ли я?
Ты забыл,
как были вместе – великанова семья.

Крошка хлеба.
Крошка-картошка.
Крошка-ребенок.
Все уберись надо.
Скушать и сказать “Спасибо!”
Вот только с ребенком что делать?

Давай целоваться просто так, по-французски?
Правда французы считают поцелуй русским,
Но мне уже все равно.
Хочется чувствовать на губах осколок безумной неги
И каплю росы. Лето в снеге,
И пухом на хрупких плечах.
А еще, давай долго-долго?
Чтобы поцелуй был сладок.
Чур, ты будешь Златовлаской,
А я, будить тебя по утрам.
Хотя, вобщем, мне много не надо.
Только один поцелуй в дорогу.
Время бьет в склянки, а жизнь – тревогу.
И шар летит неся нас.
Замри на миг, как этот мир сейчас...
Давай целоваться, а?

По движению губ читаю лиц разговор.
Снимаю маски с людей,
И переворачиваю страницы прожитых дней.
По движению рук, читаю всплески чувств,
Эмоций и восприятия мира.
Выбираю на час кумира
И становлюсь его королевой.
Меняю различия и чувство меры.
Перерастаю себя.
По движению мира понимаю –
В центре я.

Фиолетовое настроение
В полутонах
И зрение требует красивых губ
Под музыку ностальжи по неслучившемуся
Фонари догорают не сгорая, и,
Не выжигая все вокруг
Обстановка приглушенного возбуждения
Требует красоты восприятия
Мягкого объятия
И пространства для спокойствия в крови
Предчувствия грядущей любви.

Кипарисовые рощи где-то так далеко
Что проще представить мир из разряда параллельной вселенной
Тело не кажется бренным
И душа вдыхая кипариса запах
Стремиться на Запад
Оранжевое море
Из ракушек, которые вбирают горе
И даруют пеллигримам песню радости
Здравствуйте!
Мне не вернуться на Запад
Пока жасминовый запах не разбудит меня
Не оглянуться уже на себя
Не попрощаться с ушедшим днем
Остается сказать “Спасибо”
Себе вчерашней в нем.
..............................
Кипарисовые рощи.

Никто не обернется, когда умру.
Быть может, ребенок улыбнется – и оживу.
В чем-то счастливом взгляде.
Улыбке на излете лета.
В чем-то наивном вопросе, не требующем ответа.

Из света в тень
Из ночи в день
И напряжение на красном
Все чувства режутся под нож
И о прекрасном...бросает в дрожь
Как птице долететь до островов
Упасть
Сорвав миллионный груз оков
“Все будет хорошо” – настало
И силы нет чтоб осознать
Как дорог человек
А завтра мне опять в полет,
Чтоб тот, кто дорог смог дышать
И улыбаться миру.
Я – птица пиллигрим.
Мой дом – земля.
И потому нет дома у меня

Ночи, ночи, ночи
В такт и против такта
В ритм и поперек
Старинное танго
Шарманщик не уберег
Старинные ритмы
Из ретро рождается завтра
И нет сейчас

Не грусти
Не печалуйся
Мир одинок
И весь в масках
Все меняется
Боль может желания родить
Система защиты
Даже самая сильная
Может сломаться
Если столетия каплей бить...

Устала.
Не умею быть сильной.
От бессилия разрушаю стены.
От страха – по кирпичикам мир.
Однажды, перестану бояться.
Оглянусь, – пустыня и нет теплоты.
Мое одиночество словно тень:
Днем прячется, ночью – творит мироздания
И не отпускает меня – лень. Грустно одному.
Мое одиночество, камнем идет ко дну.

Научись видеть не мир, а себя в мире
Поверь, бархат притягивает
Хочется дотронуться, но
Боишься нарушить гармонию
Покажи, что это не страшно
И тогда, наслаждение будет обоюдным

Они не умеют танцевать
Только играют в танцы
Только играют в жизнь
Только думают, что живут
Счастливцы!

Мир карусель
По-кругу, словно дети
С шариками в руках
На голубой планете
Мы пытаемся выжить не понимая
Что не будет конца даже
Когда умирая
Будем думать о нем

Мне НИКОГДА не быть как все.
Надо привыкнуть.

Давай погадаю на кофе?
Хочешь на картах?
Или на корке хлеба?
Не важно...
Я знаю ответы
И вымолив счастья для...
И отпуская любя
И заваривая новый кофе – знаю
Ты будешь счастлив

Крыло белой чайки
Над морем тень
День убегает в ночь
Странный день
Над морем уходят прочь
Беды, страхи, слова
Чтобы родиться в ночь
Огненная звезда
Чайка несет на крыле
Заботы мира, ветров
Мысль и рождение чувств
Эмоций, звуков, слов
Чайка – чужая надежда
Вера вчерашнего дня
На горизонте рассвет
За ним встречают тебя

Да, не такие как все
Привыкнуть почти не возможно
Для кого-то такая жизнь ложна
Для кого-то не досягаемый мир
Да, не такие как все
Но тянет магнитом других
Дотронуться
В этот мир, куда говорим:
“Приходите!”
Только подумайте
Остановитеcь
Желание быть не такими
Хватит ли сил?

Спасибо!
Когда все летит под откос
Спасает бакарди и “кодилак”
Черный и розовый
С долькой лимона
Мир изменился
И бармен, персона, словно волшебник
Меняет опоры точку
Значит, все будет еще
Нас победить не удастся...

Во истину, слова пророчества:
“Все будет хорошо...”
И одиночество лишь взгляд на мир в мгновение,
которое живем
Что завтра ждет?
Они не знают
Не понимают ход событий
Не принимают мир открытий
А мы творим сегодня то,
Что завтра станет домом всех
Пусть каменщики – смех
Сейчас смеется тот, кто в ситуации последний
Сей след для нас
И чем мы “незаметней”
Тем громче час
Когда их восхищение родит тот мир
Что счастье есть для нас

Танцуешь словно кукла из фарфора
Японский человечек
Полубог
По милости Богов в телесном исполнении
.............................
.............................
Благослови Господь создания вселенной,
Что любит жизнь

Запретный плод всегда приятен, раз запретили
И вчерашний вид, что был опрятен
Покроется налетом вожделения
Без сожаления распрощавшись с белизной души
Стремиться человек сорвать из Рая плод
Что будет в нем приплод и червоточина – не думается вовсе
Дай укусить
Потом уж думать будет
Не обессудит ль мир?
Не обессудит...

В уголочке неба
На флейте дождя
Под радугой солнца и снега
Есть место для белого ангела
Для тебя
И мир там такой, каким еще не был
Покой
Рассвет
И ласка дождя в котором есть ты
И может быть я

Текила-джаз
А кофе-блюз
И день играет вугги на кларнете
Все настроения из семи нот
Бемоль?
Мажор?
Как Наивысший изберет,
А ты расхлебывай его пассажи
Из какофонии выстраивай свою
Мелодию
И в блюз вплетай лишь ритм
Подстроится создатель...
Зачем?
Никто не обвинит его, что музыка не та
Упрямец композитор...
Звукодатель...
И в соло я возьму отрывистую ноту
И выберу лишь мне подвластный ритм.
Теперь же думай сам
Подстройся, если сможешь
Я управляю миром и есть мир
Текила-джаз

Как капелька дождя сойдет усталость в день,
Который закончится завтра
В звук летящего “си”
В высь, за горизонт и космос
Уже не вернуть
Уйдет, унося всю тяжесть дороги,
Чтобы построить мост
И Боги подарят звезду удачи
Не надо сдачи...

November 15, 2001

странные слова любви
требуют громкости фраз
адреналина в крови
крика “это про нас”
чтобы из сотен окон
кричали их голоса
“нас не догонят!”
пардон, но кто догонял и за...
за что кричать о любви
или петь песни богам
любит-не любит молчи
молчание венчание нам
само как-то сложится все
я не умею кричать
скажу что люблю и что
за слова потом отвечать?
а если я не люблю?
тоже не верно – ложь.
лучше всего подождать
когда ты снова придешь

November 24, 2001

почему-то хочется свернуться клубком
ребенку йети
почему-то хочется скулить на луну
но так не делают дети
почему-то странно видеть так много снега
а лето было быстрым
почему-то странно взрослеть
когда так медленны мысли
ребенку йети легко смотреть сквозь тьму
до лето еще далеко, но тепло от костра
ребенку йети так не хочется в темноту
хочется просто уснуть. ночь. давно пора

как хорошо быть генералом
заснеженных степей зимы
под белоснежным покрывалом
дарить заснеженные сны
как хорошо распоряжаться
периной белых снежных мух
и на рассвете умываться
замерзшим солнцем
все вокруг так заморожено стеклянно
как будто сказка или сон
как хорошо быть генералом
который снегом был рожден

кольцо на пальце из дорогого серебра
бабка-гадалка на счастье весной принесла
цыганка на улице в лето пристав забрала на час
камешек лег между строк, асфальта и нас
кольцо без камней – артефакт. ношу целый день
на “без карат” стало легче. но все же тяжесть.
привыкла к ней.
кольцо-талисман доживает со мной до зимы
новые камни завьюжит и новые сны

снежно. хочется взять сигарету
стряхивать пепел на землю.
люди подумают – снег.
льдинка. буду блестеть на асфальте
отраженьем витринным.
кто-то разбил и осколками – миг.
ночное. почти что ночное.
ранней звездой вздрогну утром.
устав светить столько лет
встречу утро. рассвет.

November 17, 2001

Артур Рембо, Винсент Вангог, Дали
И прочие «заоблачные дали»
В зеленый цвета «анис» нирваны улетали
Божественный напиток пригубя. Абсент.

Зеленое божество искусства
Анисовым ароматом согревает гортань
Запахом манит в нирвану и хаос красок
Имеет сотни масок и обнажает лицо
Зеленое божество искусства
Немного грустно и хочется курить
Зеленое божество и глумливый искус пригубить…
Абсент

Здравствуй Любовь
Абсент и зеленая кровь
Улыбка и стойка бара
Здравствуй Любовь
Ты мимолетно рядом
И даришь состояние тишины
Даже музыка может быть на «ты»
Если улыбка есть…

Hugo Boss и аромат ранних роз
Капли зноя после полудня из нежных грез перед грозой
Пленяет кожу и пахнет тобой

По большому счету, все женщины ищут власть
Момент подчинения самки. Желания быть слабее.
По большому счету, Мужчина рожден Господином
Но мир изменился и стал единым
Дисгармония
Страсть на уровне игр – не жизни
И значит, задача не имеет ответа
Пока равновесие точку опоры в них не найдет
Мужчина и женщина
Мир не поймет тех правил игры
Которые были в начале…

Какая нежная рука его ласкала
И обещала сладость, и звала
Какая нежная рука его искала
И отдавала негу и ждала
Какая нежная рука на белой коже
На льду из игр и пепла из страстей
Какая нежная рука…и все же
Он был за стойкой и не ответил ей.

Несовпадение дорог. На перекрестке нету встречи.
Не провести совместно вечер и каждый будет одинок.
Из-за избыточности рамок, заказа мира, правил бытия
Не встретится. Не ощутить. Не осознать…
Что может быть красиво – «ты и я»

Иногда хочется банальности
Что бы остыть от интеллектуальности
Чтобы почувствовать вкус индивидуальности
И заново увидеть звезды
Иногда хочется пауз
Чтобы услышать тишину музыки
Чтобы понять созвучие нот и улыбнуться
Мир тот, который так долго был в поиске…
Иногда просто хочется быть…

Опасность быть обнаженным
На кончиках пальцев нервы
Сознание – ты был первый
И будет в пути тяжело
Другие будут идти с улыбкой
Подмостки не будут зыбки
И свет не будет резать глаза
Трудно идти, когда образа
Теряют привычный образ
И ты одинок в своей слепоте
Встречаешь людей – не те
Но надо пройти эту ночь. Прочь.

Словно из хаоса мироздания планеты людей
Сознание, что, то, что зыбко – рвется
Веревкой из диалога вьется
Наше неясное завтра
Движение тел в танце
Как новый диалог к встрече
Свечи рождают вечер, а музыка – нас
Кто первый предаст, не сделав шаг на встречу?

На полях салфетки отпечаток событий
Чьих-то первых открытий и скучающей скуки сознания
На полях салфетки – мироздание
Слагается из чернил в слова
Чтобы понять себя, прочитай их утром
Удивись
И это все я?

За серединой от одной третей пути
Период оценок и Рубикона
Дай Господи, его пройти
И не быть покоренной
Дай Господи, после всех преград
Время спокойного счастья
Не в одночасье, а чтобы не хотелось назад
Дай господи, по утрам
Смех детей и крепкие руки мужа
Я знаю, пройдет стужа, за февралем – март
Дай Господи, мне весну не бурную,
А по детски открытую
Что бы целовал по утру… и не вспоминать забытое
И Господи, тогда, скажу, что счастлива в полной мере
Которую ты измерил я от души приму
Дай Господи, мне по утру…

December 21, 2001

Бросить курить не получается
Спичка вечно обжигает пальцы
И качается,качается,качается,
Отражение оконной сигареты
Словно поезд и не возвращается
Уезжает в никуда, скитается,
И гудит печально, словно кается
И поет про то, что под запретом
Хочется курить, не получается
Бросить обещала я вчера еще
Но за поворотом начинается
Серия вокзалов. Запрещается
Выдавать себя за приведение
Невезение останется на станции
И вагон – качается, играется
Огонек так манит – занимается
Бросить мне курить не получается

Аншанте...
Вкус каштанов Парижа
Словно ветер, то дальше, то ближе
Тополиный заманчивый пух
Небо все еще в серые краски
Одевает Московские маски
Лики разных своих переулков
И безликость огромных дворов
Аншанте...
Где-то пыльность Бомбея
Омывает путника ноги и сидит
Один на дороге, тот старик,
Что поет о Судьбе
Говорит то ли мне, толь тебе
Что пути параллельны в скитаниях
Не построено то еще здание,
Что подарит беседу двоим
Аншанте...
Это запах тюльпанов
Средь морей – мировых океанов
Кто-то первый сказал “Прорости”.
И на севере, в общем, природы
Сквозь застенчивость непогоды
И колючесть зимней пурги...
Самолеты как листья по свету
Разбросали по всюду приветы
Из Парижа, Бомбея, Сиднея...
Дуновение ветра слабее...
Только все-таки жалко, жалею,
Что не свиделись...
Аншанте...

Знаешь, иногда я догоняю тень
Где-то под радугой далеко-далеко
След от дождя и вчерашний день
А в переулках март шагает легко
Знаешь, недавно была гроза
Так рано оплакивать весну
Кто-то кричал, что безусловно “за”
А кто-то просил тишину
Знаешь, как зверь, что бежит по степи
Я встречу рассвет – горизонт
И кто-то в трамвай полуночный войдет
И в утреннем круге забудет зонт
Тень.

March 13, 2002

Бантик красный, бантик синий
Сын и дочка на витрине подмосковного роддома
Папы, мамы, и народец незнакомый но веселый
Что-то громко колобродят словно дети перед школой
все с цветами, при нарядах
все встречают дочку, сына
Папа слева, мама справа – греющая глаз картина
Лет быть может через двадцать, ну а может и пораньше
Эти бантики сродняться . Бантик ничего не значит.
И родиться снова кто-то, с детства в рамки закрепленный.
Бантик розовый и синий. Только белые пеленки.

пишите, сударыня, пишите
кто знает сколько игр предстоит?
вас носит ветер как открытие
но ставни заперты и спит
спит город молча, безучастно
и каждый тут решает сам
и даже маленькое счастье
слетает каплей к небесам
тут чуточку оглохли люди
и больше всех умеют жить
тут яркий свет и много судеб
не вам, ни мне их не вершить
спасибо господи, избавил
а то бы надо все донесть
меня он каплей к вам направил
но дождь идет – меня не перечесть

Холодные пальцы по клавишам – рождают стихотворение
Кто-то сказал “нужна рифма”.
Нужна, но не рождается.
Может быть скушать варение, может быть съесть соленого?
Что говорят беременные...надо сначала выносить?
Мои стихи оборвыши.
Дети без девяти месяцев.
Пишется вот и рождаются, только бы руки согреть.
А вы, все живущие, слушайте.
Хотя, кто я есть такая?
Ошибки свои сочиняю , тень наводя на плетень.
Потом, когда в мире реальности,
Становится словно на улице,
Из которой кто-то неведомый убрал всех людей и собак,
Я нажимаю кнопочки, буковки, слово-читания
Рождается что-то новое и мне хорошо...
И так......

Я во сне целовала детей
Не своих, ни чужих, ни чьих
Просто множество светлых голов
ожидающих нежность непознанного
Я во сне целовала детей
И дарила их матерям
Это будет чуть-чуть дуралей
Вундеркиндов много не дам
Этот будет толстяк и добряк
Школа, стройка, Университет
Эта будет мамой
И так, надо каждому дать обет
Я во сне целовала детей
Раздавала каждой из женщин
Не ругайтесь, все же легче
Слышать крики их в заданный день
Я во сне целовала детей
Меньше-меньше, и поцелуи
Им давали стремленье лететь
Мне давали боль.
Кочую я из сна в продолжение сна.
В новый сон и новые дети
Просыпаюсь – кругом тишина
Они есть, но не на этой планете.
Я во сне целовала детей.

Гармошка за окошком.
По сегодняшним меркам – старый московский дворик.
Пьяненький дядечка из парадного что-то бормочет под нос.
Бабушки, словно из мира не этого,
что-то кричат своим внукам.
Те громко ругаются – дети... и думают, что это всерьез.
Старенький дворик, по мерка этого века
Пыль еще не глотавший умылся весенними водами
И на природу пеняет – давление падает снова
За окнами подслеповатых окон продолжается жизнь.

Дайте мне силы. Много не надо.
Всего лишь на долгий глоток.
До лета.
Увидеть капризы в конце звездопада.
Август, говорят, это.
Услышать, как сквозь июльский ливень,
ребенок, который только ходить начал
Плачет.
Упал.
Незадача. Но в этом задача. Подняться и снова пойти.
Почувствовать жаркий рассвет июня.
Кто-то целует губы впервые.
И выпускной вечер бросает в небо огни новых жизней – взрослых.
Под памятником. Совсем не серьезно.
А только с малой долей печали.
Клянутся в любви вчерашние дети.
Дайте мне силы их утром встретить и пожелать удачи в начале.

Стерва – баба с дурным характером
Так говорят все знающие люди
Кто-то говорит, что стервы бляди
Кто-то говорит, что стервы люди
Вопрос как и жизнь – вечный
И даже не однозначный
Все стервы женщины, но это ничего не значит
Если мужчина, то непременно красавец
Чуть-чуть Бельмондо или Челентано
Ален Делон на стервеца не тянет
Слишком не его амплуа. Его для него мало.
Каламбур из словес разных,
Может родиться если мужчина стерва
А вот с женщиной – это заразно
Женщина вообще хорошо может трепать нервы
И не важно какой породы. Осанка.Взгляд.Волосы.
Стервы вне возраста и годы – удел философа.
Стерва – баба с дурным характером.
А может быть просто не понятая?
Стерва рождается как данность и уходит в словах уродина.
Бедная баба стерва. Любить ее нет пуще неволи.
Но почему каждый мечтает о стерве, а женщины о ее доле?

March 13, 2002

мне нравится водить ее по кругу
смотреть как пальчик черного ребенка
указывает на полосы и двоецветие
мне нравится ловить ее дыхание
когда пучок травы, что сорван на рассвете,
отдав полуденному солнцу свежесть, ей лакомство
мне нравиться и то, что даже дети,
которые еще чуть выше табуретки
в молчании внимают нашей песне – два голоса...ее и мой – о том, как быть другими странно не привычно
я – отражение вас
она – всей вашей жизни
зебра

А еще у меня есть будущие дети.
Уж и не знаю в этой ли жизни.
На этой планете.
Но то, что есть – знаю точно.
Я говорю с ними часто ночью.
Я им дарю дни во снах и рассветы.
Я разукрашиваю планеты.
Строю сады. Вожу их в школу.
Книжки читаю. Купаю голых.
Я им пеку калачи и жарю котлеты.
Целые ночи. Пока не приходят рассветы.
Дети из снов и сновидений.
Пленники моего воображения.
Гости моих экспериментов.
Словно стихи, или слайды на лентах.
Словно не я в этой жизни, а в той.
Я привожу их к себе домой.
Я закрываю их днем от себя.
Не рождены. Но люблю. В них есть я.

Серые тени серого города.
Холодно. Холодно. Холодно.
Даже после жары – прохлада.
Серые сумерки. Выдох. Так надо.
Надо дорожки старого парка
Что летним зноем асфальта кричат «Нам жарко»
Надо листья весенние, мягко зеленые,
Что шелестят тополями и кленами,
Надо меня не влюбленную, мягкую
Нежно укутать пред ночью прохладную
Надо на миг окунуть в леденящую серость
Мелом по черному, молоко-белость
Надо за ватным часом заката
Вас в город зазвать – серо-темные. Надо.

Хочу любви. Влюбленности. Полета.
Как долго спать природа в силе?
Как будто снежный ком на земляной могиле.
Вокруг проталины, а надо – мной снега.
Хочу уйти туда, куда бежит река из подо льда
Где солнце утром греет бока огромных гор
Где соловей ведет неспешный спор в ночи
С незримым гостем счастья.

April 13, 2002

КЕН.......
Хочу тебя за кухонный стол
Под абажур и желтый оттенок ночи
Хочу разговор прерываемый городом
Очень хочу тишины, когда за окном
Разрывается молнии гром
КЕН...
В Москве по ночам поют соловьи
Кто-то шагает по рельсам к рассвету
Вчера почтальон забыл бумаги свои
Сегодня пришел в другой дом – а писем нету
Странная песня пропавших бумаг любви
КЕН...
Ты знаешь, ни разу с тобой не встречаясь – скучаю
Где-то меж Францией и мной, там облака и хочется чаю
Муза никак не стремится вернуться домой
А это значит, что реже писать в охотку
И больше мысли как каша по белой стене
КЕН...
Завтра пора на работу ...в Москве, где так спокойно мне
Завтра даже опробую двигаться четко
Пространство и время будут со мной в ладу
И лишь под вечер, поймав в волнах походку,
Подумаю – КЕН – и кто-то свернет на углу....

...Французского подпространства...
...КЕН...

Ежик давно заблудился в лесу.
И можжевеловый веничек обнял росу.
Мишка забыл заварить новый чай.
Хочется просто сказать “прощай”.
“Прости” говорить не за что...не за кем.
Мультик из детства. Много проблем.
Белая лошадь понуро в траве.
Скоро встречает рассвет в Москве.
Жадно вдыхая асфальта слова.
Белая лошадь, как моя голова.
Странно седеть в тридцать лет без причин.
Странно ловить ожидание морщин.
Вовсе не странно читать слова.
Знать что нет слез и болит голова.
Рамочки.Листики.Письма без слов.
Все возвращаю из забытых снов.
Не до любовь. Не до крик. Не до мук.
Ковер самолет.
Лошадь.
Мишка.
И Мук.
Ежик.
Гном.
Все смешалось в конце этих снов.
Потом разберусь.До-люблю.До-стихов.

целую между складочек и губ
меж времени и расстояния нити
целую страстно. губы разожмите.
расслабьтесь и примите миг.
целую искренне желая возжелания
и пальцы словно лист дрожат твои
целую словно ветер и дыхание
прошедшего дождя
остановись
замри

ловите искренность пока еще по крышам
по мокрому асфальту и окну
гуляет дождь. вы слышите?
он дышит. и разрушает лета тишину.
ловите искренность и откровенье взгляда
прошедшего мальчишки босиком
слова любви. признание. “так надо”
ловите мокрым. жадным.я-зы-ком

открытая книга на подоконнике
ветер читает страницы
словно забытые лица воскресшие вновь
на фотографиях чья-то история
песня любви. расставания. и более...
может быть боль?
прошлого тайного мокнут страницы
ветер закроет чье-то отчаяние
лист облетевший.зеленый. случайный.
не по сезону расчертит границы
солнце и гром
грозы и ветер
за переплетом не видно. не слышно.
кто-то закрыл в комнате двери
очарование мига. было. и вышло

тише. тише. за окошком солнца луч.
играет, крошка, отраженьем на стене
тени-тени....словно в сени кто-то запустил народ
водит солнце хоровод
только луч – задира. мальчик.
чей-то пойманный в ладони зайчик
заводила и игрун
замер на стене и вдруг
небо тучей затянулось
ветром туча та надулась
затрубили трубачи
“эй – веселые лучи! разгоните непогоду!”
гром и молния. природа на секунду замерла
и летит уже стрела
шалуна и балагура
рыжего вояки-гура
быстрокрылого луча
прочь гроза и непогода
прочь дожди. не спи природа.
Я живу и как свеча
Зажигаю всю округу
Вечер алым льет по лугу
Все дома горят огнем
Все. И ты. Под ним. При нем.

поцелуйте меня в пупок.
потом три пальца отмерьте ниже.
прикоснитесь губами.
ближе-ближе.
почувствуйте как человек одинок.
поцелуйте меня между бровей.
языком проведя по морщинам.
была бы мужчина – сказала – целуйте щетину. а так?
даже и не знаю как говорить о ней
впрочем, целуйте меня в дорогу.
при встрече и расставании.
целуйте же как-нибудь.
ради бога...
так коротко наше свидание

Любить, когда не понимают
Прощать непонимание других
И отвечать молчанием за отчаяние
И быть одним, среди земных витрин
Любить, лишь отражение былого
Удел? Не верю. Часто тишина
Не вымолвленного, ласкового слова
Родит любовь...и опьянит до дна

Обещала любить осенью,
Когда спадет жара
И поцелуй вечерами жарок...
От ладоней пахнет травой и пожаром
От волос – осколком прошедшего дня
Обещала любить меня не деля
День на части “до” и “после”
А ночи проживать словно шум дождя
Качать головой, когда, между прочим,
Нет чуть больше часа рядом меня
Обещала любить осенью
Осталось ждать 93 дня

А еще все внутри стеклянно
Хрупко и может лопнуть
Словно огромный пузырь рыбы,
Засушенный, чуть подпалили,-
Гурманы
И кажется краски ложатся мазками,
А с боку видно лишь ломанно-серо
На белом пастельные смотрятся резко
И все противоречит природе
Внутри словно из тонких канатов
Кажется мир натянут на нервах
И маленький мальчик, идущий по шпалам,
Ломает звук из мира людей –
Любовь – словно стекло

закройте глаза. усталость смывается ранним дождем
до первых лучей осталось дойти до рассвета вдвоем
чуть позже. когда на рассвете. роса покроет ладонь
холодный северный ветер поставит под парус твой дом
и по волнам из завтра ...барашкам из будущих дней
родится город из злата и станет намного светлей
из джунглей серых кварталов- словно из сказки...сон
родится наше начало....как колокольцев звон

July 06, 2002

Мимо-летно
Мимо-страстно
Мимо-как-то незаметно
Словно лес и между лесье
Словно пух из поднебесья
Словно слово
Словно взгляды
Словно было всем так надо
Ни за час
Ни за мгновение
Взгляд разлуки
Взгляд сомнения
Мимо

*************************************************

До рассвета час сорок
Сорок разных ворон
И один черный ворон
Сорок разных имен – холод
Сорок тел и теней
На заснеженных стенах
Сорок лиц слились в общий оттенок
Где живет человек
И вселенские души
Сорок срок сороков
Их покой не нарушу
Сорок дней

************************************************

Приятно дарить слова
Читайте! Что вышло – то вышло
Рожденные всеми вами
На этот миг и ночь
Разорванные «я»
Сомнения гоните прочь
Играя в «классики» жизни
Еще по бокалу вина
Вино греет кровь и вены
Кто-то будет первый
И молча уйдет – не мой
И все же, читайте меня!
Искренне ваша – я.

****************************************************

Виноградной лозою стан
Брови в разлет, как птицы
Взгляд черешен
И на закат чувствам не возвратиться
Волосы словно дождь
Каплями по щекам
Имя не подберешь
Только прочтешь по губам

*******************************************************

Сомнительные забавы в ночи не дают покоя
Ни звания, ни славы. Ни счастья быть собою.
19.10.2002 *******************************************************

Сегодня не было дождя
И осень ласково дышала
Прощалась с нами и прощала
Взывая, чтоб зима пришла
Сегодня золото листвы
Поблекло в сером небосводе
Воспоминание зимы читалось в этой непогоде
Сегодня вновь вошел покой
Предвестник будущих метелей
Земля готовила постели
Ко встрече с новою зимой

18.10.2002 *******************************************************

В этом странном городе снег с дождем.
Каждый день может ночью стать днем.
Каждый вечер вспыхнуть огнями витрин.
Каждый может зайти в магазин.
В этом городе кто-то курит кальян.
И не спешно ногой раздвигает диван.
Предрассветный аукнется крик ворон.
В этом городе каждый Пигмалион.
В этом городе любят навзрыд, навздох.
В этом городе я. Я есть город и Бог.

October 19, 2002

представь, что завтра все возможно
и можно не хватаясь за слова
играть эмоцией...
возможно быть не права
когда права...
представь, как нежность пальцев тонких
по горлу катится
как капля вниз
и смех чуть слышный
но все же звонкий
решает каждый твой каприз

23.10.2002

Словно ветер первой метели
Закружила себя среди улиц
Потеряла в непознанных лицах
И фигурах, что ходят сутулясь
Словно снег не из хлопьев – гороха
Осыпаюсь в натаявший город
Из под льда первых тонких дорожек
Зябко смотрят глаза фонарей
Отражение
Мерило из прошлых, не забытых, не названных дней
Снег
Первый признак пришедшей зимы –
Бисер звезд все ниже и ниже
Звук шагов в отрезвленной ночи
С каждым часом яснее и тише
И не слышно уже до зари
Под разбитыми окнами дома
Как мальчишки – мои воробьи –
Провожают девчонок знакомых
Первый снег, еще не сугроб,
Но уже заметает поземкой
Старый год, бородою метет
И морозы смеются так звонко.

6.12.2002

Вам кажется, что хочется любви
Что на плечах нести ее так просто
И даже если маленького роста
То силы хватит на двоих и так
Вам кажется
На самом деле снег
Бессонница и холодно у окон
И времени затравленного бег
Устав мелькает одиноко
Из тиши заснеженных дорог
Из слякоти столичных серых улиц
Вы к одиночеству вернулись
Перешагнув оттаявший порог

Мой ласковый и нежный зверь
И скрипки в небо словно птицы
И в новом сне переродиться
С надеждой устремляясь в день
Мой ласковый и нежный зверь
По венам пробегает осень
Отчаянно стучась в окно все просит
Не уходи и чуточку поверь
Мой ласковый и нежный зверь
Потерянный
Не найденный
Прощенный
За все грехи
Еще не совращенный
Не мой
Не ласковый
Поверь
Мой ласковый и нежный зверь

Пальцы ломает. Пальцы
Словно из хрусталя
Словно солнце на гальце
Словно летит земля
Нервно сводит руки
Крылья не уберечь
Пальцы ломает к разлуке
И к предвосхищению встреч
Горло комком. Не плакать!
Каждый живущий талант
Пальцы ломает. Пальцы
Скрипка. Слепой музыкант.
И в ожидании отчаяния
Сбудется или нет
Пальцы ломает. Пальцы.
В полных моих 30 лет

Обманчиво
Вы только посмотрите
Почти в подвале старенькой хрущевки
Я из себя вытаскиваю нити
Стихов разбросанных по полкам
По полкам не случившихся событий
По записям на краешках салфеток
По порванным и выкинутым нитям
Что тянутся из прошлого рассветом
Обманчиво
В ночи из завра во вчера
Наоборот
Не важно, но заметно
Я превращаю птицею рассветной
И бью крылом
Игра. Игра. Игра.
Обманчива?
Увы! Наверно, да

January 23, 2003

Королевское начало положено
Ева с Адама уже согрешили
И нарожали кучу непрошенных
И восхвалили то, за что жили
Партии далее были все четными
Каждая матом кончалась двенадцатым
И на вопрос извечный и возгласы
Не отвечал Ферзь играя опасливо
Верные рыцари, кони и всадники
Мифы слагали
Стандарты вводили
Эти вот праведны
Эти бесправедны
Эти грешны тем, что не грешили
Мирное поле и поле не мирное
Минное
Алое
Маково-красное
Все в этой партии будет расписано
Эндшпиль разыгран
Победа бесстрастная...

Картинно заломила руки
Надменно повела бровями
И зазеркалье разлуки отвергнув
Было то не с нами
Вошла …
Так медленно ступая
Специально чтоб привлечь внимание
Чуть приподняв остаток ночи
Внесла собой очарование
И пила улыбаясь мило
Шампанское со льдом и ветром
Чуть мимолетное виденье
Чуть девочка и чуть кокетка
Картинно заломила руки…

Кипарисовая роща
Межсезонье
Непогода
В ожидании чего-то с неба льет кусками дождь
И мгновение испуга
И мгновение полета
Наслаждение перед счастьем
Может это ты идешь?
Я касаюсь облаками кончики последних нитей
Паутиновые струны между стройных кипарис
Я расплавливаю сети
Закаляю словно ветер
И лечу крича как чайка разбиваясь о карниз…
Белой каплей первых песен
Запахам пьянящих рощ
Стройным юным кипарисом
Межсезоньем…Ты идешь

От неба до последних этажей
К тебе как к нереальности стремлюсь
Мне кажется – дотронусь и влюблюсь
Мне вериться – влюблюсь и буду с ней
От капли до весеннего дождя
Как по канату медленно иду
Мне снится, что сорвусь и упаду
Расплачусь, ощутив – все зря
От вычурности рифм и разных строф
До тихого и нежного «Люблю»
Мне надо пережить 500 стихов
Мне надо стать подобной кораблю
От первого причала до тебя…

February 09, 2003

Я хочу погрузиться в тебя
Поцелуем в висок
Обрывисто
Словно в пропасть пером летя
Выдохнуть, имя выстрелив
Я хочу наугад, вслепую, ощущать
На костяшках разбитых
Как пульсирует отражение
И желание быть со мной…

Почти по животному
Подобно самке волчицы
Прильнула ко мне и кусает соски
От нежности кажется хрип родится
И раствориться во сне
В предвкушении секса…

А теперь, я ворвусь током, по венам
Слышишь?
Чувствуешь?
Знаешь?
Приближаюсь змеиным поцелуем в колено
Молчишь
Таешь
Словно лента из алого шелка
Между ног и по талии книзу
Проникаю подвластно капризу
Отпускаю когда захочу
Власть…

Медленно
Боже, как медленно
Целую вечность капелька пота
Капает
До поворота доедет последний трамвай
Усталый прохожий подумает
“Скоро опять весна”
Кто-то во сне закричит от испуга
Все это будет словно не с нами
Пока мы будем рядом
Целовать
Друг друга
И медленно
Боже, как медленно
Словно в старинном кино
Капелька пота
С вершины надбровья
На дно…

February 22, 2003

За день пережить ночь.
За ночь пережить жизнь.
Прощаться или прощать.
Вернуться и возвратить.
И нет дороги назад.
Как нет и пути вперед.
Есть только сейчас и здесь.
По кругу. Наоборот.

Сейчас я засну, что бы проснутся опять.
Будет спираль и виток. Ровно 7-45.
Потом как всегда дела. Работа. Споры. Слова.
До вечера. До угла. До дома. До «спать пора».
И кажется что бегу. Что изменяю себя.
Что в мире зачем-то живу. И что есть громкое Я.
И вновь миражи дорог, приму как одну свою.
И посмеется Бог, скучающий где-то в Раю.

Купите птичку. Всего рубль сорок.
Дешево? Ну и что же? Мне больше не надо.
Зато, почти каждое утро, будет для вас отрада.
Песни почти с рассветом. И лето, почти пришло.
Купите котейку игривого. Всего два двадцать.
Мало? Да мне и даром не надо. Жалко просто его.
Когда заболеете ночью, и утром снег ляжет на плечи,
Будет урчать. Под вечер вылечит всякую хворь.
Купите еще в придачу, возьму ровно, без сдачи,
Хорошее настроение к празднику и просто так.
И получите сразу дерзко-кричащие мысли.
Светлые старые письма. Из прошлого своего.
Купите.

Когда, но не в этой жизни, я буду, свободна как птица.
Случится на Крите родиться, под кипарисами в ночь.
Тогда, но не раньше – не позже, будет из вереска ложе.
Специально выпишу свежее из горных районов земли.
И буду, словно наместница, лежать, пить вино, и лестница
Стоящая у стены, так просто, от нечего делать,
Тень бросит после обеда на дикий, слепой, виноград.
И в отражении тени. Серого на ярко белом. Я прочитаю время.
Я буду лететь назад. По переулочкам памяти. Все вороша хорошее.
Играя словами и паузой в тысячи лет земных.
Затем, неспешно и бережно, перепишу всех набело.
Открою новую книгу и приглашу к себе.

Подожди, я буду тебя целовать
Неспешно, чувствуя каждый выдох
И не давая дышать.
Вдох оставляя себе.
Так, словно осталось жить,
Чуть больше, чем целая вечность
И меньше, чем яркое слово, которое не сказать
Я буду тебя целовать, по капле теряя негу
По венам, струясь потоком, рождественского колдовства
Ты лишь подожди. Я буду...

Каравита, чанга чао.
Из забытых кем-то слов.
У разбитого причала
Грей не спит. Бес-сон. Без-сон.
Каравита, чанга чао.
Как молитва иль молва
Герда Каю прокричала
Королева не права
Каравита, чанго чао.
На одной ноге стоя
Оловянного героя не запомнят
Впрочем, зря.
Каравита, чанго чао
Повторю и улыбнусь
У разбитого причала
Позабуду. Буду. Грусть.

Словно старая книга – память
Слова где-то стерлись со временем
И ощущения как памятник
Тебя. Меня. Времени.
Как птенца – желторотого, пестрого.
Нежно в руки возьму улыбку робкую.
Поднесу к губам и дрогну, в желании целовать.
Столько нежности рвется в небо
Из-под снежности серых улиц
В ожидании запоздалой и желанной весны
Опять…раскрываю старую книгу.

Болит. Буравчиком по вискам.
Кажется, я разрываюсь на части.
И в одночасье нет – умираю.
Болит. Шарами в кегли сбивают мысли.
И хочется стать невесомой.
Не знаю еще как сказать.
Болит. Хочется наорать,
Но больше все же лень открывать
Рот и говорить хоть слово.
И не знакомо все то, что обычно манит.
Болит. Голова болит.

Зима прощается заснежно
Последним снегом плачет нежно
Так холодно грустить одной
Расчерчен лист бурлящею весной
Еще не виданной, не слышной, не найдённой
Но уж рожденной первою капелью
Зима прощается, забытой елью
И новогодним празднеством мечты
Как будь то жалко ей, что больше не на «ты»
И не принять в морозные объятия
Зима прощается, с ней больше мы не братья
И город погружен в печаль одежды белой
Столько скороспелой, скороскроенной, безтелой
Последним снегом сшитой на закланья
Зима прощается…

весь двор заплыл. залился .служился.
от слова лужа. корабли бумаг.
и зимних вьюг заснеженная стужа
уже не враг. не друг. никак.
окон размывы ночью черно-желтые.
от фонарей никак мне не заснуть
и во дворе – осколками. бечевками
двух человек ни взять. ни притянуть.
расходятся

Вечер капризного настроения
Хочется быть ребенком и Богом
Хочется сразу познать дорогу
И долго лежать на печи
Вечер настроения раздумья
Хочется перелистывать книги
Читать как родились интриги
И радоваться, что не со мной
Вечер настроения молчания
Принимаю близко тебя как отчаяние
Думаю что было бы если....если...
Хочется выпить вина грамм двести
И поднять тост за тебя
Настроение “Я”

сопричастность разговору
часто частностью дыша
словно по утру над молом
подымается душа
словно дышит леденящим
замораживающим
вздох
выдох
жарким. настоящим.
поцелуй – пусть видит Бог
сопричастность разговору
интерес как волосок
по канату иль под гору
не смотри наискосок

печалью озарилась ночь
всепонимание благое
и если есть во мне живое
спасибо Вам
не превозмочь порой преграды и напасти
и загоняясь как скакун
играю в призрачность я cчастья
на флейте ежедневных дум
и если мне дается выдох
и за улыбкой слышен вздох
то лишь причина – вы шли мимо
в полночных снах, храни вас Бог

иногда эротика взгляда
опасней эротики слова
и от касания можно
словно от яда
умереть
или вылечить
больного

легко отдаваться злословью
судам. пересудам. словам.
идти не смотря или даже
все вопреки
и Вам
от части до боли знакомой
но все-таки не понять
так просто пройти
не заметить
услышать и не унять
их пересуды и страсти
желания все знать
кусаются не напасти
кусают, кому позволяем кусать

наверное так не бывает
чтобы слышать слова
чтобы на расстоянии
касаться губами за...
и чувствовать как нежно
в шею и чуть левей
дует ветер
конечно, если смотреть из-под бровей
(это я вспоминаю)
и чуть скосить взгляд
то можно увидеть
(не знаю. но помню. так говорят)
как пробежала улыбка
как поднимается бровь
как кажется что ошибка
странная эта любовь

Сто тысячи первый раз
скажу: я тебя люблю
Изменится что для нас?
Плыть легче тогда кораблю?
Фарватер у каждой свой
И между – лежит океан
Мне надо реальные губы
Не знаю что надо Вам.
Мне надо вставать с утра
Смотреть как улыбка встает
Как кофе пить пора
Или же чай
Повезет и может увидеть еще
Как бьется вода через край
И солнце умывшись встает
Идет на работу “Гуд бай!”
И так вот весь день до темна
До звезд и свечей на столе
Лежит в кармане на...
Фото...и жить теплей

Странно. Я разговариваю с Музой
Даже читаю стихи ей
О ней же
И как бы не было невероятно
Чувствую, как рождается Слово
Вы скажите, что Муза не может быть
Что это всего лишь ....
Не верю. Я улыбнусь и скажу:
Как глупо. Вы просто не знаете как это
Вынашивать под сплетением
Или в самом центре
Что впрочем, уже не важно
Слова, которые нежность
Или – мое откровение
Что заставляет жить
И потому, конечно,
Странно для Вас. Необычно.
Что я говорю с Музой
И с ней продолжаю дружить
May be…

Слушаю. Я Вас все так же слушаю.
И в ритм обрывочному сердцу говорю
Что кажется, поверьте, только кажется
Опять легко сказать, как Вас люблю
Вдыхаю. Как тогда, в прошедшее
Не возвращаясь, но храня в себе
Ваш аромат. Забытое. Ушедшее.
Весенних вод по утренней звезде
И вспоминаю, с нежною улыбкою,
Как умирала прикасаясь к Вам
Вы никогда не станете ошибкою
Пока могу слова читать по Снам

Поцелую в висок – забудется неуемная эта боль
Все что кажется только – сбудется
Все что сбудется – то не боль
И звенящей нотой ушедшею
Ля бемоль
Ми мажор
Просто до
Все верну, то что было ушедшее
И хотелось, чтоб не ушло
Наколдую в висок на удачу я
Поцелуем, как мать дитя
Чтобы жизнь не давала сдачи Вам
А оплачивала шутя
Что бы так легко, по весеннему
Проживалась в миг или час
Может быть тогда
В воскресение
Сведет снова – меня и Вас

мои пальцы – продолжение ваших
в каждой строчке
в каждом настроение
слово – словно выпитая чаша
пригублю. а вы сказали “гений!”
мне легко. спокойно и кристально
чистое сознание и мысли
вы сказали, что бывает тайна
вы писали, что бывают кисти
на полотнах летнего заката
я пишу как продолжение вздоха
вас сегодня было очень мало
вас сейчас – наверно – стало много
мои пальцы продолжение ваших

почему то очень нервно
по натянутым по струнам
перебор разбитых пальцев
извлекает звук печали
почему то очень тихо
от разбитого причала
отошла героев шхуна
и фанфары не звучали
почему то на рассвете
когда ангелы смеются
запечалился ребенок
и заплакал не проснувшись
почему то пред и после
там где нет и там где буду
все изменится к приходу
позабудет
позабуду
и достав из ножен шпагу
умирая от простуды
прикрываясь ей от страха
я вернусь
но почему то...

Не могу быть другом
ощущая запах
Не могу быть другом
я хочу быть рядом
Чувствовать ладони
крови ток по венам
Целовать надбровье
ощущать всем телом
Не могу быть другом
время разделило
Вас – убило рано
или не родило
Вы одна легенда
буква в книге таинств
Я читаю строчки
я по строчкам каюсь

я смотрю на дорогу стеклянного льда
я считаю прохожих в ночи проходящих
кто-то будет со мной
кто пройдет без меня
кто-то реже предаст
кто-то часто и чаще
я иду по дороге проталин и луж
перепрыгивая меж островков в океане
по весне так легко
по весне не вернешь
по весне снятся сны
и уходят в тумане
Мне разжать бы ладонь
Отпустить этот мир
Поиграться и выдохнуть
“Дальше без правил!”
Только кончится ночь
Только кончится миг
И вернется тот
Кто забыл и оставил
Я смотрю на дорогу стеклянного льда
Я глотаю твои отражения – прохожий
Мне пора уходить
Догорает звезда
Мне пора снова в май
Где меняются кожей

Наверное, эта весна
Птенцом еще не рожденным
На солнце найденным
Проталинкой
Отчаянным
Аленьким
Маленьким
Рождается где-то в груди
И руки как крылья – лети
Встречает сама появившись
На свет в час когда умирает зоря

В параллельность миров основание
Словно шпиль одевает поштучно
От тебя до меня расстояние
От меня до тебя многозвучие
За спиралью созвездий и атомов
Вперемешку порядка и хаоса
От тебя до меня лишь сознание
От меня до тебя молчание
И весна – основание изменчиво
Ярко зелено, влажно отчаянно
От тебя до меня не венчано
От меня до тебя не чаяно
В параллельность миров…

Как легко звучать в унисон
Городами. Домами. Машинами.
Разбивающими звук об асфальт
Поворота потертыми шинами
Как легко говорить слова
Параллельно тобою сказанным
Словно в шахматах знаю, Е-2,
Для начало ходить обязаны
Как легко быть с тобой без тебя
Зная то, что все в мире изменчиво
И дышать других не любя
И любить потому что есть Женщина

March 02, 2003

Создайте образ, а потом сотрите
Из ластика реальности слова
Из полу фраз Вы сделали открытие
Меня и оказались не права
Создайте то, что не было в начале
Из не рожденных, мимолетных снов
Как корабли стояли на причале
Забыв, что есть ветра и нет оков
Из якорных сетей слепите путы
Из сотни якорей постройте мост
Создайте образ яростно-распутный
И отпустите на рассвете грез

Я – эгоист.
Я – собственник.
Я – барин.
Все что мне нравится, и что я так люблю
Я оставляю на сухом причале
И не даю осадки кораблю
Все злата, все богатства, совершенства
Все образы и то, что не сбылось
Я оставляю там, где призрачно блаженство
Чтоб взять в дорогу то, что растворяет злость.

Любовью излечиться от Любви
Фонарщик погасил все фонари
И город в миг окутала зима
Метелью, что белее, чем была
Любовью излечиться от обид
От слов, что никогда не говорит
Душа наполнена заснеженною тьмой
И кажется, что это не со мной
Любовью выпить все, что не сбылось
Не равные, не ровные, не врозь
Фонарщик спит до будущей весны
Которой еще нет. В которой только мы.

April 13, 2003

Не запомнила...
Без запаха
Без цвета
И без слов
Прикосновения как ластик – Стерлись
На миг ты есть
Когда ты рядом – здесь
Но нет. Не вспомнить.
И емкость, что наполнена тобой,
Всегда
Без ощущений
И без излишней боли
Наверно без любви...
Бывают города, которых нет
Ни там ни тут
На воле я злюсь
Меня волнует боль
Мне неуютно от того что рядом
Ты есть, всего на миг – Уволь.
И увольняешь взглядом.
Не помню почему...

April 20, 2003

Темная ночь с открытыми окнами
Первый этаж
Майские встречи первых цветов
Почти эпатаж
Юные девочки в юбках коротких
Мальчик как паж
Ветер разносит чувство любви
Майский мираж

Мне кажется – играет флейта
На грани каждого из понятых миров
Как нить связующая строит мост из звуков
Как дождь стеной не пропускает тех
Кто за собой несет один лишь грех
И я, как слушатель,
До музыканта мне не дорасти
Не дал таланта Бог,
Но вместе с ней в пути,
Мне легче перейти последний Рубикон
Переступив или приняв Закон.

Красное пальто
Перчатки
Шарф
Красные ковры
И настроение
Красными дождями
Сотканный типаж
Красных снов
И красный гений
Вечером
На красных адресах
Пишет переулки красных улиц
Красных губ
На цыпочках
Зажмурясь
Не касаясь
Умирает
Сам

May 07, 2003

Я первый цветок
Послезимок
Все после
Как карма и дар
Единственный день
И если
Вам кажется что пожар
Коснулся щеки после вьюги
Что выдох
Последний ваш вздох
Постойте
Замрите
Взгляните
Я вырос
Я выжил
Я – Бог
На миг между вашим мгновением
И завтрашним бытием
Целую Вас, призрачный гений,
На счастье
На жизнь
На потом

И между лузами проклятие стола
Как на паркете, только на зеленом,
Планета белая, завернуто-рубленым,
Ударом, прорезает до угла.
Как вечный молот, как дамоклов меч,
В руке уверенной, поставленной позерски,
Кий выбьет черный из запретных сечь
Как пуля в цель. Удар. Полет.
Не броский рисунок тот,
Ленивый Бог берет, с прищуром,
Цель на зелени под светом,
Чтобы разбить из сомкнутых цепей
Еще одну, летящую планету…

Два города
Два друга
Два врага
И каждый в чем-то первый
Победитель
Столицы миры
Разделил правитель
Власть и культуру
Странная судьба
Пока не склеят их
Пока не соберут
Из двух осколков новое сознание
Два города как целое живут
Ночным экспрессом разрезая расстояние

May 14, 2003

новая тройка
я открою тетрадь
чей-то почерк мелкий и быстрый
исписал. предписал.
предсказал мне последний выстрел
чей-то почерк. не мой. не корявый и неумелый.
вдруг решил, что ему лучше знать,
как решить это дело.
дело, в общем пустяк.
дело, так – небылица.
когда час умереть
когда время родиться
этот почерк задел
поля пожелтевшей страницы
оборвался. взлетел
дал мне шанс не узнать,
что же дальше случится

курить Курильским островам
дарить по Дарвину маршруты
от обезьяны к праотцам
от праотцев глотаю путы
обидно, что ж, почти до слез
меня сегодня взволновало
что до Иркутска: день
пропала, на крыльях самолета ночь
что до Москвы, туда-сюда,
и вроде тоже расстояние
а время, в зале ожидания
застыло не найдя слова
курить Курильским островам
на сопках раннего вулкана
меж днем и ночью написала
слова, что прошептала вам:
курить Курильским островам

кумир беззубых стариков
ребенок с желтыми глазами
играет старыми словами
в одном из молодых миров
как шут на площади в ночи
кидает ловко и умело
две догорающих свечи
две души, позабывших тело
одна, еще не сожжена
и будет буйствовать не в меру
другая-лестью польщена
и ждет когда подарят тело
ребенок, громко так смеясь,
решает: первым кто родиться?
и чьи увидит душа лица
и чью простит и ложь и грязь
кумир беззубых стариков...

May 26, 2003

не улыбайся
и не жди улыбки
любовь, которая жила во мне так долго,
ушла однажды
и теперь, поверь, не вру,
есть только чувство “после сожаления”
и то общение, которое так ранее ждалось
сейчас лишь тень
а в тени нет любви
одни отрывки – что быть могло бы
но не было и нет
и потому, не жди ни искры, ни огня
прими как есть – ведь в этом тоже я

по ниточке июньского дождя
из ночи в утро уходили звезды
и в поднебесье, если верить взрослым,
все небо затянули облака
по отражению из луж и ручейков
в огромном городе холодных фонарей
из звезд рождались векторы веков
и линии потерянных людей
по ниточке,- как эфемерна суть!-
как путники в горах идут в ночи
все звезды, чтобы утром расплеснуть,
пересечения в твои лучи

тебе – стоящему поперек всего
делящего надвое пространство
дающего свету ход и преграду ему же
пою тебе оду – о шкаф
стоящий не там где надо
великому ученью Фен-Шуй!-)

бывает легкою походка
бывает легкою рука
небрежно так щелкнет пальцами
и изменилась строка
чуть вправо наклон
против ветра
кисть так прозрачна на свет
и новые горизонты
и ярок рассвет
чуть в лево
и все несчастья
словно осенний лист
по ручейку в зиму
плывут без всяких каприз
бывает легкая поступь
но толку в ней ни на грош
а с легкой рукой как-то проще
как-то светлее живешь

и вот тогда, когда наступит время
через заброшенное слово “океан”
меня подхватят легкие качели
и принесет на капельках туман
и будете, конечно вы все будете,
еще от неги пребывать во сне
когда я медленно пройду по улице
и позвоню в звоночек на стене

June 09, 2003

промокшему гостю – экспромт
промокший гость
из дня. дождя и ветра.
из запаха травы и свежих листьев
привет тебе!
давно не пили чая и не встречались просто так
промокший гость
вот тапочки у входа. халат и полотенце есть
садись
у нас такая вот погода все лето здесь
промокший гость
налить вам чая? кофе?
я уж давно не видела гостей
и хорошо что странная природа
дарует вас – как каплю новостей

June 21, 2003

у каждой пешки свой клетчатый путь
рваться бесстрашно на первых флангах
и как награда – судьба, когда все можно
и ничего не надо
быть королевой – вперед! вперед!
и не страшны на поле битвы
ни конь который никак не умрет
ни офицер – хотя его карты крыты
самое главное не отступать
не оборачиваться, если страшно
тогда, в награду, будешь знать,
чтоб королевой стать
надо не только быть отважной
надо везение и рок
того, кто ведет тебя к победе
и в принципе ты не так одинок
как тот,
кто над тобой с большой буквой “Веди”

отпечаток губ на линии жизни
на секунду до и на вечность после
запомни
оставляю так словно дарю мысли
через поцелуй, что бы помнить
отпечаток нежности на запястье
автограф конечное не привычный
венка под губами – счастье
запах столетнего виски – отличный
и голова кружится
кружится каруселью
отпечаток дыхания – лица
словно во сне веселье
и поцелуй опьяняет
не только того кто целует
автографы оставляет
себя на ладонь дарует

за окнами и в отраженье дома
садится солнце – рыжий апельсин
мне состояние это так знакомо
когда одна – но мир ведь не один
когда не вслух – но отражение мыслей
когда не чувствую – но рядом...и еще
последний солнца луч, как отраженье жизни
и нежности к тебе – горит так горячо

добавить каплю бытия
в разлуку мнимого согласия
и из ракушек в одночасье
создать все то чем была я
добавить в дно из “под” и “до”
бокал наполненного солнца
так много сыграно всего
что утром ластится в оконце
сквозь сон ко мне твоя рука

July 11, 2003

камнем вниз с обрыва душа
не спеша полетит как перо
несуразица. не дыша.
загляну я в твое окно.
в середине полета без.
без распахнутых крыльев
и пух, словно тополь наплакал,
исчез. обнял землю не вмиг. и не вдруг.
все покрыл словноснег из крыла.
что все так же есть не за мной.
я – перо. я лечу с этажа.
жизни в рай. не земной. не земной.

July 28, 2003

я – маска
я – игрок
я – тень
во снах рождаю день
и голос только вечен
я – бездна
я – гроза
я – лис
из сна сплетаю паутину
только голос расплетает тину
я – зарево небес
когда ты спишь
не видя ни лица
не ощущая телом тело
я только голос
нежно и несмело
касаюсь сна
чтоб раствориться в нем
когда заря приходит новым днем

August 18, 2003

Присутствие дождя
Как будто дышишь ты
И с каждой каплей выдыхаешь нежность
Чредою нескончаемых потоков
Сквозь осень даришь первую любовь
Присутствие тебя
И первый лист, упавший в зелень лета
Стремится золотом одеть природу
Тем самым песнь поет любви
Несмело открывая в ней тебя
Присутствие
Природа многолика
И осенью дыша, стремится так успеть сказать
«Люблю тебя!»
Что бы заснуть в преддверии зимы
И до весны хранить огонь
Рожденным ласковым «люблю»
Хранимый бережным «тебя»

August 25, 2003

капитан утеплился и трубку курит
от холода пальцы свело до боли
рассвет желанен и пуще неволи эта долгая ночь
качает девятым, наверное, валом и накрывает
эмоции поздней любви – осенней
маэстро Судьба проложил кораблю дорогу
и Случай назвал тот корабль Любовью
плывем. плывем и не знаем куда нас вынесет ветер
и капитан утеплился и трубку опять закурил
осень

August 26, 2003

любите меня все
каждый по разному
кто-то отчаянно дерзко
а кто-то нежно как каплю дождя
любите меня за ошибки
в сравнении есть познание
любите за то в чем конечно
я идеальнее всех
любите меня как любится
ищите во мне призвание
признайте меня единственной
и веруйте в мой успех
любите меня – эгоистку
требующую внимания
желающую ощущать
прикосновение губ
я – ответ на ваше желание
я – ответ на ваше отчаяние
я – то что всегда будет
и что не потерять вдруг...

August 26, 2003

водопадом слова из прошлого
вспоминаются как обрывки
как рывками дождь по осени
или небо все в серой дымке
водопадом все вспомнить не к ночи нам
что б тревожиться сном пред утренним
целовать между писем межстрочия
и желать быть вдвоем до утренней
первой
звезды

August 26, 2003

Мимо прохожих
Мимо домов
Ты идешь тоже
Юность-любовь
Шаг равномерный
Снег в волосах
Мимо витрин
Полет в парусах
И руки как крылья
И брови в разлет
Привет от всесильных
Чей прерван полет
Ты будешь за ними
Ты будешь из них
Юность на крыльях
Любовь на двоих

Город разрезал день
Шпагатом из проводов
Сорванным, словно тень
Ломанная под окном,
Листочком календаря
И все разлетелось на два
Твоя и моя листва
Моя и твоя игра
Я буду шагать в тени
Тебя ослепит рассвет
Я буду ловить других
Которые скажут «нет»
Ты будешь пить по весне
Сок заморозков моих
И в каждом новом сне
Встречать, как встречаешь других
А город не склеит ночь
Такси – зеленоватый зрачок
Тебя привезет в рассвет
Унесший меня. Щелчок
По счету платить пора
Мой или твой – не суть
Застывшая наша игра
В которой, не обессудь,
но победителей нет.
Город. Шпагат. Рассвет.

мой город из детства умер
как только закончилась юность
как только звонок школьный
последний отмерил путь
мой город из детства холодный
строгий и вечно юный
в который не возвратиться
как и себя не вернуть
и странно, что было – не гложет
и новые лица – как свечи
и город – другой. похожий
но больше. но дольше. но вечный
и я – уже не инок. не гость.
и даже не птица.
я житель нового века
и имя ему – столица.

C сухими губами
Говорящими на непознанном суахили
Меня Вы встречали
Когда гуляли с другими
На улицах. Нет – осколках.
На переулках сутулых
Смеялись Вы ярко-звонко
Флиртуя в ответ. И шубка
Так бесстыже-робко
Расстегнута
Манила намеком на тело
Вы были не здесь. Не со мною.
Не меня целовали не смело
Спасибо, что Вас не встретить
И даже, спасибо Боже,
На впасть в любовные бредни
Остаться просто прохожей
Для Вас

наша жизнь – знаки
наша жизнь – тропы
для одних – казинаки
для других – йогурт
наша жизнь – воздержание
наша жизнь – содомия
и меж нами понятия
и в понятиях стихия
что еще рассказать мне?
вы играете словом
из понятия в понятие
так легко. так все ново
я могу в ожидании
провести сто лет жизни
но растет расстояние
но все путает мысли
вы из шубки и в платье
вы намеком на тело
вы рисуете что-то
робко. быстро. не смело.
наша жизнь – ваши взгляды
наша жизнь – ваше тело
для одних все так близко
для других – мимо делом
вы

все. ухожу в город
смотрящий витринами окон
глазами белесыми долго
до вечера. ночи. тьмы.
днем не зажгут свечи
лампы. другое что-то.
все светлячки спрятались
до семерок. увы.
все. настроение осени
не слезно-плаксиво-нежно
а жестко-холодно-остро
странное чувство любви

червонные сны черевицы
по красному красное снится
по синим от ветра венам
главою до пола
колено одно преклонив
спим
под дерном скрывается лето
на зиму поземкой одето
закрыто пушистым настилом
по крышам
и смотрится мило
из первых в году заморозков
все сине-белесое-броско
и режет глаза отражение
луча – золотое скольжение
зима

он хотел жениться на мне в августе
что бы первый ребенок в мае
что бы маялась с ним и дома сидела
не гуляла и не смотрела
на других по сторонам
он хотел подумать о втором в январе
что бы мальчик родился первого
днем, когда приходит осень
и первый звонок разрывает сны лета
он хотел быть со мною в апреле
словно шутку шутил и играл на свирели
думал, что не рискует ни чем
а в январе стал отцом на совсем
............................
он хотел
не отвертелся

оглохнуть в начале зимы
от утренней тишины
от звонкого – не прозвеневшего
замерзшего – не долетевшего
слова “люблю”

в два часа ночи
по нервам
по джазу
по клавишам
скользко иду
я между небом
и раем и адом
в танце
на пятом ладу
словно на взлете
руками по небу
упасть в синеву
небес
в два часа ночи
горящей кометой
вырваться
ввысь
и без...

замри.
/поцелуй/
отомри
хотя постой
последнее лишнее
явно
противное слово
отмирать
словно отпасть
уйти
убежать
словно уже никогда
не прийти
и не поцеловать
опять
замри

Крестом перекреститься на дорогу
На перекресток на семи ветрах
На острую замерзшую тревогу
Прилипшей словом на твоих губах
Перекреститься. Помолиться Богу
И отпустить на выборность Судьбы
Что бы выбрала одну из них дорогу
Другие три – оставила тебе

я не ношу колец
в них нет конца-начала
в них тысячи сердец
мое одно – им мало
я не ношу колец
мне кажется как путы
застуженных сердец
все в золото обуты
и как раба в миру
когда рабами были
окольцевали всех
и лишь меня забыли
я не ношу колец

на голландских высотах
голландский табак
погрузил землю в ночь
погрузил небо в мрак
только пепел огня
только окна домов
огоньками маня
ждут затяжки богов

September 6, 2003

Меня подхватила осень
Дождем беспрерывным с неба
Ветром холодным по коже
Листвой золотистой к ногам
Я улетаю в вечность
Года две тысячи третьего
Где лето – птенец беспечный
Белым лебедем стал
Меня запомнить не сложно
Скошенным сеном утренним
Рассветом уже прохладным
И шумом московских дорог
Я нечто, что есть, поскольку,
Вы смотрите и Вы видите
Вы даже любить пытаетесь
Как я, когда еще мог
September 6, 2003

когда ты разлюбишь меня
не жалей. просто скажи
“до свидания!”
я отпущу и отвечу
“спасибо. прощай!”
каждое наше с тобою желание
парусом белым уйдет в синеокую даль
когда ты разлюбишь меня
скажи это просто как “здравствуй”
словно так и должно быть
но так и должно
я обернусь помахать исчезающей тени
чтобы идти за рассветом опять
идти далеко
просто будь честной со мной
когда ты разлюбишь меня

September 13, 2003

я войду к вам в кабинет
красно желтым вечером
от Сахары ляжет свет
стареньким подсвечником
бедуином сквозь дожди
не прошедших на бело
я приду когда не ждут
полуночным странником
и на свечку не дыши
золото-пустынная
свечка – отблеском души
плачет парафиново

October4, 2003

и начинается схватка
с владелицей белых бровей
ее ледяная хватка
гибель для кораблей
и главное быть в движении
ловить на лету ветра
замрешь – и поражение
застынешь – мороз. зима.
и начинается схватка
с пока еще молодой
несущей cвои повадки
коварной и долгой
зимой

October9, 2003

пока еще
на выдохе темно
и между тем что было и что будет
разбито звезд льняное серебро
на черном небосводном блюде
пока еще
не говорит со мной
не слушает
не знает
не флиртует
не доставляет сладостную боль
а значит – никогда не позабудет
ведь нечего забыть
я буду жить
меж мартовским котом
и феей старой
как маг – из прошлого сплетая нить
пока еще
я путник не усталый
я берегу вас всех
из рамок бытия
как искру высекая ваши жизни
пока еще
вы – это часть меня
и я люблю всех вас
шальные мысли
пока еще

October17, 2003

Я первый маяк в ночи
Небо без звезд – стихия
Вертким ночным огоньком
Выткано “периферия!”
Окраина всех миров
Забытая Богом промиля
Затерянным материком
Я жду, чтоб меня открыли
tabyla_rasa – я!

первый вечер
и первый час
без различных запретов
и вольно
выбирать
как любить мне вас
интересно заняться любовью
по любви
но не говоря
словно все что – до
было болью
израсходованной не зря
интересно любить не слыша
ощущая движение губ
выбивая по венкам “ниже”
и проглатывая “вдруг”
интересно заняться любовью
с предисловием к “самому”
языком проведя к изголовью
по спине описав дугу
интересно заняться любовью
без стеснения
привет вам, разврат!
если хочешь быть подневольной
будь
я буду как зимний град
разбивать твое тело словами
собирать поцелуями слез
ощущать
как на капле
слезами
по любви
как по нерву
из грез
ты идешь ...
интересно заняться любовью

мне надо почувствовать запах
духов. тела. желания.
медленно на запад
под утро растает ночь.
мне надо на кончиках пальцев
твое не-раз-очарование
первый вскрик и шепот
“еще”...пусть уходит прочь
все то что придет под утро
работа. родные. дом.
застеленная не уютно
постель
и твое “до потом!”
и дальше
от поворота
тебя провожает метель
мне надо идти обратно
вперед
не поймав назад
тебя
и кажется складно
что соткано наугад
зачем навсегда?
навечно – сказка для дураков
мне надо тебя...
конечно...
оплачено
до петухов
первых

October18, 2003

«Тремоло» – это для взрослых
Для капитана курящего
Длинную старую трубку
Смотрящего в ночь
Романтика
«Тремолино» – скорее детское
Или ломко-наивно женское
Не салонно пропахшее сладостью
А солено на солнце пьянящее
Бегущая-по-волнам
Манящая
Мечта

October19, 2003

вот так вот мимолетно
без капельки греха
ушел в полет нелетный
на кончике стиха
под куполом из неба
под снегом из мечты
обычный человечек
как необычен ты
До скорого. Люблю.
Люблю так скоро,
Что год – минуты
Вечность – никогда
До скорого люблю
И путы переплетают раз и навсегда
До скорого – люблю
И мир весь будет мой
В твоем люблю
Оброненном несмело
До скорого, люблю!
Кричи мне о любви
В любви все скоротечно
В этом дело
И лишь теория Эйнштейна в ней верна
До скорого, минуты вечны
До скорого, несутся поезда
Когда «люблю» стремиться быть беспечной
И вечной навсегда

October22, 2003

почти не замерзла
гуляла без шапки
глотала осколки дня
почти не забыла
бежала скользила
кто-то вспомнил меня
почти не осталась
как птица металась
в городе из проводов
почти разбилась
распалась
забылась
в дне из обманчивых снов

October28, 2003

от меня будет пахнуть снегом
когда встречу тебя не утром
от которого ранним бегом
убегают вниз под откос
от которого словно пухом
покрывается вся округа
и в котором я – как подснежник
проросту сквозь мороз

переброситься парой фраз
от усталости рифмой неровной
между первым звонком не про нас
и последним. про нас. не звонким
колокольчиком манит зима
в ней для каждого поднебесье
из разброшенного серебра
колокольцев забытой песней
переброситься парой фраз
как в пинг-понг
разлететься звонко
из полночного серебра
стерва. нега. зима-девчонка

__________________________________________________

За прозрачной стеной
От меня. Не за мной.
Словно в царстве из снов.
Прячешься.
Ни понять.
Ни принять.
Что еще ожидать?
Может, просто, кажешься?
За железным замком.
Закрываешь вход в дом.
Словно страшно открыть настежь.
И ни режь.
И ни рви.
Там где нет любви,
Миражом ко мне не привяжешься.
Ты.

October29, 2003

November2, 2003

November3, 2003

_______________________________________________

________________________________________

оглохнуть в начале зимы
от утренней тишины
от звонкого – не прозвеневшего
замерзшего – не долетевшего
слова “люблю”
_________________________________________

November3, 2003

November16, 2003

Куплю автобус
И выкрашу в розовый
Пусть весело будет в пути
На море
Где линия горизонта так ярка
Устроим пикник
И крылья опять развернем
Летать – время пришло
Первый полет уходящего года
Привет

November16, 2003

На канале Грибоедова
Грибов нет. Ну и не еду я.
Я поеду на каналы
Что вошли в твои анналы.
Вот Венецианский берег.
До него на карте – пятка.
Наступлю и буду нежно.
В нем плескаться без остатка.
А потом найду каналы
На заснеженных каньонах.
Назову «Кургла Мардала».
Вынырну в «Кургла Мирьона».
На канале Грибоедова
Мне не плавать и не вынырнуть
Я по снежному заснежено
Пью вино. Читаю Неженно.
На канале Грибоедова.

November30, 2003

Между двумя мирами мост
Врос между скалами
Крыльями в небо
Врос
Словно птенец вырос
Из неба – звезд
Вылетел. Выпал. Замер.
Врос.
Крылья его как тропа
От тебя ко мне
Старое дерево – перья
На сильной спине
Ветру и солнцу открыт
И надо же
Врос
Словно старик о ста лет скрипит
Позвонки. Скалиоз.
Кажется, что не ступить по нему
Не пройти
Каждый в своем начале его пути
Каждому дадено только одно крыло
Правое. Левое
Важно?
Нет.
Все равно.
Врос.
И на вырост стоит в ожидании дня
Первого кто решится вступить…
Ты или я?
December 2,2003
все кошки серы
все мышки сдохли
весь снег не выпал
и мы оглохли
кричали громко
и спали нежно
но было остро
и безмятежно
ночь

December 11,2003

когда ты придешь ко мне
я не вспомню что такое любовь
так много тел и так много желаний
прошло..мимо тебя...
когда ты услышишь мой голос
почувствуешь боль
и плакать будешь пока горит заря
когда я дотронусь всего лишь до кончиков рук
то пальцы твои – провода миллиардов ватт
взорвутся вселенной. поверженной. пламенной.
вдруг..потому что уж нету пути от меня назад.

December 12,2003

Запомни меня сейчас.
Ведь завтра я буду другой.
Вдруг ты меня не узнаешь?

December 15,2003

а я от слякоти -слякну
кисну и обмокаю
становлюсь серой как небо
и в луже опять пропадаю
акваланги забыли в лете
и по бампер плывут машины
в этом дне фиолетово-сером
об асфальт разувая шины
я – один большой корабль
между небом и тем что под лужей
разрезая вечера скатерть
застилаю льдом. отгружен.
выстелен и постелен тайной
звездным небом мой путь не длинный
от тебя до меня – скитания
от меня до тебя – невинно
так невинно идти по ветру
по заснежено грязным лужам
а я от слякоти -слякну
кисну. обмокаю.
почти простужен этот вечер московского дня
я...

вот и мой ответ.
вот и твое начало.
первого слова нет.
последнее не прозвучало
только крыло – рука
только обнять неспешно
небо и облака
и в поцелуе нежность

December 16,2003

в клочья. в пух. в пепел. слова
струну порвать и разбить фужер
кто-то выпил кофе
без сна сидит третий день
дважды ночь
ничей. забытый. разложенный на
а томы и то, что еще не нашли
солнечный и не рожденный пока
луч – последний на крае земли

December 22,2003

мой ангел скучает зимой
пьет чай и мечтает о юге
под вальс белоснежной подруги
качает своей головой
мой ангел читает роман
о странах, где снег словно сказка
играет с испанскою маской
на маски мой ангел мастак
мой ангел рисует кино
в котором мы все лишь герои
мечтает как дом нам построит
и вылетит в лето – в окно
когда все закончит дела...

люблю тебя целовать
между строк
между линий и проводов
телефонного нерва
между раскатов зимней грозы
между
когда все дома как игрушки
в огнях
и рождество
и песни поют в деревнях
а я
понимаю
слышу
и чувствую это
как
сгорая летящей кометой под утро
я выдохну вдох поймав
люблю тебя

January 7, 2004

мое лицо лишь маска для души
шута. пьеро. и третьего в тиши.
то белый цвет, как снег лежит на нем.
то черный уголь закрывает днем
остатки солнца...
И
моя душа лишь 9 грамм в раю
и неспеша как высший дар ее я отдаю,
тогда, когда пора идти ...иду
то 9 грамм как белый яркий свет
то 9 гамм темней которых нет
моей души...
И
не срастить мне маску и ее
несовместимы смерть и бытие
не выровнять того что не равно
и если есть полет
то значит есть окно
в котором крылья ждут
свой прерванный полет

я отключу телефон
я оборву провода
я не вернусь в ни никуда
я не останусь здесь
и каждый знает ответ
на тот вопрос, что чужой
ну а на свой промолчит
на свой – станет немой
и вроде нет языка
и вроде слов не обрел
я отключу телефон
пусть звонит кто-то другой
занято

January 11, 2004

голубой огрызок неба
часть осины
бьет в оконце белый ветер
снится солнце
я лечу
тебя там нету
ты желаешь мне удачи
далеко
внизу
я знаю
только больно
что летаю
улетаю
таю
плачешь
не хочу
ты отпускаешь
не взлечу
бросаешь к солнцу
я останусь
ты вернешься
я проснусь
осколком солнца
голубым огрызком неба

за окном снегопад
пад и падшие крылья летят
сброшены в день
брошены в ночь
выметут горь
вылетят прочь
на небесах шум-кутерьма
крылья менять
день или два
ночь на пролет
ветер в лицо
новые крылья
несут письмецо
звон колокольцев
разбитый фужер
ангел вернулся
заснул. ах, мон шер.

January 17, 2004

заснежило
завьюжило
и в танце закружило
из серебристых зайчиков
зима постель сложила
пушисто-серебристую
из лунного плетения
отчаянно искристую
для первого забвения
меня-тебя
любовь

January 30, 2004

я не делаю из себя тайны
спросите и я отвечу
вы не гасите свечи
и сами решайте “стоит ли?”
не стоит любить образ
рисовать меня черным и белым
как в школе по старой доске мелом
я разная. не бойтесь узнать...

February 4, 2004

и между линией жизни
и словно прямой стрелой – ума
нет ничего кроме красной – разреза
вены, намного ниже и значит,
что жизнь нестерпимо долга
и падает старый снег
в перевалах небесного среза...
под нежным холмом Венеры
твои года. мои изречения.
ссоры на много выше. и завтра на смену
придет все та же среда.
хотя на календаре четверг
февраль. и в подполе мерзнут мыши.
из тонких колец запястья струится сок.
я выпью себя. в себя. перерождение.
в кадке опять завял новый цветок.
на старом столе в пиале стоит варение.
и ты не спеша гадаешь по нежной руке.
читаешь как книгу или свое “откровение”
“меня не вернуть. я вернусь. к тебе и уже”
касаясь губами еще не рожденного дуновения...
из первых стихов Бытия.

February 8, 2004

Шаг за шагом день-динь-дан
За работой не отдам
За делами не найду
Попадешь опять в беду
День проходит за окном
За воротами вдвоем
Нам встречать привет ночной
Возвращаться вновь домой
И по кругу как во сне
Не вернуться вновь к весне
Все в ней так и все не так
День-динь-дон стучится враг…
Новый день…

February 24, 2004

Вот и он- предпоследний день перед
Или так – последний день и
Или проще, но впрочем, не важно
С неба капает вода – влажно
И птицы в преддверье весны
Склевали мои вещие сны
И оставили реальность мнимого города
Вот и он, до которого, было так холодно
И нельзя назвать его даже днем
Скорее рубеж, который будет пройден
Или пройдён
Не важно, надо для начала открыть глаза
И разобраться с ощущением внутренним
Нервы натянутой струной «за»
Хотя «против» было бы уютнее
И кажется, что по серым проводам за окном
Протекает старинная музыка
Электричества последнего снега с дождем
Юзая все происходящее вокруг ощущаешь:
Вот и он
Знаешь
Рубикон

умирает вселенная.
рождается новая, пиная ногами ту, которая,
медленно ищет место. свободное нечто,
словно волна подымается к горлу, и давит на грудь.
замирает. стихает. таится.
хочется все прекратить,
и начать все с начала.
но лист не имеет границ написания,
и бесконечность свернулась калачиком. точкой.
от лени рождается странное чувство движения,
а от движения жажда не двигаться вовсе.
лишь пить не поднимая глаза
из реки протекающих тел,
взглядов,
сомнений,
и мысли.
все то,
что касалось тебя

Консуэлло –
Утешенье души моей.
Утешаешь меня каждый раз,
Когда, кажется, время сметает границы вещей
И людей, ища их среди тысячи глаз.
Разрывая молчаньем: ни чья и ни чей...
Их, влюбленных в желание жить,
И живущих, наверно, уже, вопреки…
Утешение страждущих, страстно и нежно любить
Утешаешь меня- Консуэлло,
Когда рвется последняя нить…

February 28, 2004

Вы – японец
Словно снег белые волосы и голубые глаза
Речь завораживающе непонятна порой
Есть словарь
Первый иероглиф мой

March 12, 2004

Мне сегодня приснится счастье
С четырех до пяти утра.
Когда гаснут звезды, и
Догорает моя звезда.
Мне сегодня приснится у моря,
Когда соль разъедает камни –
Не целованное горе
Свесив ноги, скучает, ловя
В пене моря, в ночи –
Меня

March 14, 2004

Между прочим, все проходит
Снег уходит в ночь с весною
Между звезд волшебник бродит
Он роднит меня с тобою
Между прочим, все не вечно
С точки зрения начала
Ах, и сказка пролетела
Ах, и песня до звучала
Между прочим, все есть время
Бесконечность и пространство
Только старая картина
Навивает постоянство…
Между прочим…
О тебе…

March 20, 2004

мое бездомие не знает границ
гуляю по небу звездных ресниц
купаюсь в рассвете росы из колодца
играю на ветре. мечтаю о солнце.
мой дом не построен
мой сад не посажен
из сотни больших – вверх стремящихся башен
нет ни одной, что моя и со мной
ни под дождем, ни под луной
под солнцем искать – гиблое дело
бездомье не знает границ
и манит не смело
дорогой идущей в последний полет
я кошка.
девятая жизнь настает.
March 30, 2004

Мой самолет летит над облаками.
Последний рейс, как первый раз.
Прощай.
Я не вернусь, и все, что было с нами,
Со мной сейчас в пути в заоблачную даль.
Я не увижу землю.
Больше нет желания Земли
И сумерек рассвета – нет.
Мой самолет в движенье мироздания
Махнет крылом, поймав не твой
Привет.
Слова японца непереводимы.
Мне не понять значение этих карт.
И позывные лета в цунами ощутимы.
Там, где девятый вал накроет птичий гвалт.
Безветрие твое – мое мятежье.
Не разорвут натянутую нить
Мой самолет как серебро надежды
Из тысяч звезд не будет уж светить.
Звездой не станет, я же на коленях
Храню в квартире отблески свечи,
Коря себя в своей душевной лени,
Подыскивая к прошлому ключи.
Мой самолет, к нему я не ревную
Несет любовь, неся миллиарды слов
И позывных Любви, тебя, меня, цветов.
Встречает лето поцелуем снов.
Мой самолет…

Aprel 23,2004

Бравурным маршем, мой друг,
Бравурным! – я провожаю тебя
На последний поезд в ночи
И с последним билетом из кассы
Сонная женщина провожала глазами
Как мы уходили под дождь
Твой поезд пытался уснуть
Перед дальней дорогой
А я целовала тебя на прощание
Мой друг, от куда в тебе столько грусти?
Поверь, дорога есть только начало.
«Славянка, прощай!»- проиграет
Старенький плеер и ленту зажав
Опротестует отъезд.
Я провожаю тебя,
Не стоит печали!
Ведь расстояние ничто.
Возьми же в дорогу меня
Поцелуем под этим дождем
И надежду на встречу …

Твоя музыка с моей не в ладах
Твое нижнее “ля” не похоже на тонкое «ах!»
А на «ах!» тебя так легко поднимать на руках
Под любимою мной возлетевшую верхнюю «соль»
Сказка детства, мечта кораблей и Ассоль,
Ты наряд одеваешь не тот, и портной
Для тебя не сошьет паруса,
Если думать что мир есть слеза.
Перестань! Улыбнись! Посмотри – Все вокруг не черно.
Майский день разрывает окно
И ночная прохлада тебя обнимает опять.
Перестань убегать. Перестань замыкаться в себе.
И бояться себя в вышине.

May 7, 2004

я тебя не услышу
не увижу и не узнаю
фотография память хранит
и от времени тает
пожелтела, стала как время
и не ясно, где кровь,
а где просто распятье тебя
я тебя не узнаю
ни смеха, ни легкого “таю”
в поцелуе на землю скользя
не вернуться к тебе
все что было в начале:
кровь и боль
и слова, что в ночи прозвучали
что в четыре часа
сорок первого года от старта столетия легкого
чья-то пуля пробила твое огромное легкое
ты кричал “за Родину, мать вашу так!”
и бежал закрывая глаза
в одну из атак,
что была началом для многих
я тебя не услышу и боги
охраняя мой слух и мой нерв
перебили на пять лет столетие
подарив остальным всем бессмертие
что родились потом
и не зная войны
каждый май, выпивая на праздники
разрывают крик тишины
вспоминают картины войны
по пожелтевшим таким фотографиям...
...я тебя не услышу...увы

May 9, 2004

Все.
Теперь можно спать.
Умереть.
Раствориться.
Отдаться в объятия Морфея.
Конечно, мужчина, не Фея.
Но Бог, хоть и снов,
единственный кто,
имеет право на смертных.
Код расшифрован.
Моя Королева, уже вероятно
отдавшись ему, видит сны.
И не знает. И даже не снится,
пока что (но скоро надеюсь будет)
ей, что я есть и живу.
Слова не имеют значения.
Код – создание мира.
На уровне атомов, генов, вселенной,
еще предстоит не раз разгадать.
Пусть таинство будет для нас.
Не тронем единственный код
(исходя из законов каких-то,
что есть сохрание и если что-то убудет,
то снова родиться /код/)
Любовь.
Ни формул.
Ни кода.
Ни просто значения слова...
Не тронем...
Желаю любить. Без вопросов
“Надолго ли это?”
“Зачем?” и “За что?”
Просто любить –
распахнув для завтра окно,
очистив сердце и мысли.
Желаю, чтоб сны не закисли
в решении кодов и снилась
ОНА
идущая рядом
младая, цветная, и рыжая
стерва – ВЕСНА

May 26, 2004

Целовать касаясь губами
Чуть-чуть
Венки на запястье
Браслеты
Нам мешают быть вместе с Вами
Пограничные амулеты
Целовать вдыхая впервые
Запах трав и летящего лета
Мелким шорохом кометы
С шеи нежной до ярких рассветов
Целовать касаясь губами

Jun 1,2004

растаять
разлиться по лету теплом
слиться с травой
и под утро дождем
когда сон последний
во власти вселенной
еще не рожденный
но равно нетленный
проскочит сквозь сумерки перед рассветом
упасть вам на плечи
рассыпаться летом
растаять

Jun 16,2004

доброй ночи, малыш
звездной ночи в подарок
корабли фонарей
в брызгах палубу драят
по большим площадям
улетают как чайки
сказки.страхи.мечты.
до рассвета отчалив
доброй ночи, малыш
городские кварталы
колыбель для тебя
и осталось за малым
видеть сон, ощущать
колыбельную лета
в право – в лево качать
голубые рассветы
в доброй ночи, малыш, – все
и ты сладки спишь

Jun 25,2004

(написано в 2001 году. Летом.)
Размещено в LJ
July 15, 2004

на 180 градусов полу фуете
на 360 – мешают крылья
и пальцы сломаны от силы
от бессилья невыдержать мне точку на стене
на 90 градусов слова
4 света. стороны четыре.
в миг разлетелись. потерялись в мире
на 45 была ли я права?
мой круг очерчен
завтра будет новый
мой бог молчит
ушел на перекур
и рыжий ангел
так всегда веселый
сел на трамвай
и взял один отгул
оставили меня мои святые
у них пирушка
пиво и еда
единственная
темная ловушка
поймала вечером
когда была одна
на 360 не развернуться

на вылет пуля из последней мысли
“я человек и бог
я бог и человек”
и в этот миг пойму кто больше
к чему мой разум больше попривык
быть человеком
сомневаться
выть
играть словами
красть и говорить
что завтра будет лучше
с нами так всегда
и главное иллюзия себя
я человек из бытия
из ничего – то если верить Будде
я человек вы это не забудьте...
и все же бог
сильнее всех живых
я одеваю крылья из рассвета
из первой крови
невинности и лета
чтобы вылететь последней пулей мысли
я...

вот так всегда
по капле из себя
выдавливать желание жить
когда я в тупике
и медленно вышагивать слова
я жив. жива.живу.жи...
я – первый и последний день весны
вот тут еще снега
там – радужные сны и
полные поля цветов
я ангел первых васильков
смешно
в ботанике мой кретинизм опасен
и в ангелах он точно не так ясен
как было бы вчера
я чертов человек
перед стеной других
я лишь один из них
и к косяку приник мои лик
повесится мне проще чем достать веревку с мылом
однако спать или не спать
не спать
а думать
и мириться с миром

если продолжить пальцы
представить
что они струны
струны из лунного света
то будут почти мои
и ими не наиграться
к утру разорвутся
и лопнут
пальцы цвета индиго
и непонятной любви
если продолжить сердце
из всеми привычного – алого
штрихами форму порезать
и изменить аромат
то завтра грозы не будет
не разорвется над небом
если продолжить еще
меня
по кусочкам
и так
что будет тогда?
загадка
гадка

разрежь мне вены сочувствием
жалость
так медленно капает в чашу
Грааль
и можно молиться на друга
малость
остаться на день разорвав печаль
выверни вены мои
красным
из них можешь сшить пальто
на осень
тепло носить меня
прекрасно
все будут говорить
фасон
и модно...впрочем
можно еще на лоскутки
и галстук
можно еще и еще
не важно
когда все внутри болит
страшно
и слова твои
пустота

July 20,2004

второе августа
стоит на двух ногах
еще в истоме жаркого июля
но в поцелуе чудится
/люблю я/
осенний дождь на серых проводах
второе августа
по летнему одето,
у джемпера коротки рукова
и босиком встречаю я рассветы
разламывая в крошки города
по парку летнему
еще в зеленом цвете
по вечерам гулять мне так легко
запоминать единое соцветие
которому не вечно жить дано
второе августа
August 2, 2004

закройте ставни
двери и комод
все на замок
желательно по больше
что бы никто
хоть тут
хоть в дальней Польше
не смог украсть
и чтоб не уволок
все ваши мысли
думы, бытие,
о том, что так желается ночами,
закройте уши,
чтобы не звучали
все звуки мира
в голосе моем
закройте срочно
старых книг сервант
все мысли вредны,
а дела – не верны
закройте старый шкаф
и провиант
в кладовке
мыши пусть съедят
наверно,
закрывшись так,
от мира и меня,
вы станете счастливее
едва ли пробьюсь до вас
и скажете тогда
что счастливы
меня вы не встречали
и не любили
жили как могли
не раскрываясь
не стремясь к рассвету
закройте гавань
ваши корабли ушли на дно
и не видать кометы
в закрытое окно в ночи
закройте
замолчите
замолчи...

August 3, 2004
За мгновение до ночи
Ярко рыжее на сером
Целовало людям очи
Рисовало небо мелом
За мгновение до бури
Остро сталь по небу режет
Отдает небесный скрежет
Жар ушедший, жар дневной
За мгновение до счастья
Ты несешь остатки лета
Раздавая всем улыбки
Обещая в ночь покой
За мгновение до…

August 9, 2004

и будет суд божий
и ты умрешь снайпер
не от шальной пули
не на войне даже
а очень тихо
если
ты различить сможешь
как выдох-вдох после
уже не сделать
да
и будет суд божий
и всех кого встретил
и проводил раньше
придут к тебе
но
ты оглянись снайпер
еще дожить надо
еще допеть надо
и дошагать домой

не отказывайте себе в слабостях
силы и так в вас через край
радости -сладости-шалости
впустите душу в рай
не отказывайте себе в общении
каждое новое лицо
подарит еще вдохновение
как ветер на море в окно
не отказывайте себе во влюбленности
на минуту-на день- на час
уютные переплетенности
составят всю жизнь
и вас
кто-то себе не откажет
выпьет до дна
до каемочки
слабости – радости – шалости
переплетет веревочкой
и подарит на счастье
не отказывайте в участье

August 11, 2004

Мой дом еще не построен
И где-то есть камень первый
Который, прочный как небо
И цвета песка пустыни
Мой дом, который уютный
Еще не заселенный
Первыми мелочами
Креслом качалкой и
Старым стаканом с чаем
В серебряном подстаканнике
Еще не встречает гостей
Не провожает тебя
Мой дом, на вершине мира
Под всеми ветрами кричащий
Что ждет меня и виден
Из чащи и точки мира
Любой. В ожидании счастья
Стоит, ожидая меня…

August 12, 2004

на исходе лета
все исходит в осень
и друзья из солнца
в дождь слова уносят
на исходе слова
все слова так бренны
золото на солнце
манит теплым тленом
и еще мгновенье
дождь и небо в сером
на зеленом поле
лист багряным креном
пал
August 18, 2004

местами
фразами
занозами на лицах
отрывками
корабликом
из старенькой тетради
я нарисую тень
огромной птицы
которая летит
не между нами
капелью
веером
японскими стихами
предсмертным криком
самурая в битве
я вырежу
открытку между снами
тебе пошлю
на память об ошибках
холодным ветром
первым снегом ночью
костром горящим
в старенькой сторожке
я нарисую тонкую дорожку
чтобы нашлись
за новыми морями
потерянные во вчерашнем мы

August 19, 2004

в последний день ушедшего тепла
по легкому и нежному мгновению
уходит лето – наше настроение
и осень, еще миг, и вновь пришла
в последний день, мне подвести итог
что лето прожито без страсти и метаний
и можно загасить в окошке огонек
и можно спать, не думая...
и с вами сегодня тоже этот летний день
уже не жаркий, без объятий солнца
а с поцелуем желтого японца
на зелени отбрасывает тень...
последний летний день

мой костюм арлекина
поглажен, почищен
яркой краской размазаны губы
улыбкой
я на встречу судьбе
темно черная нитка
так предательски / прямо по шву/
не пускает к тебе
мой костюм арлекина
пока еще рано
одевать и стоять на высоком столе
табурет не для нас
слишком тоненько-пьяно
на трех ножках качаться
читая тебе
в полный голос
/ах, как это чудно!/
ночью стих
ярко светят в глаза фонари
мой костюм арлекина
тепло и уютно
завтра прямо с утра
будет снова на мне

мой огонь пока еще не ярок:
искра... мотылек...
пожаром – стать грозит
да по крышам
что бы загореться
взмыть по выше
бесом завертеться
все сгорит
мой огонь пока еще чуть светел
ночь темна
и звезды на рассвете
серебром стараются гасить
мой огонь
но так приятно жить!
и все ярче разгорится пламя
языком по листьям пробегая
что бы ярко-ярко озарить
золотой ковер
приходит осень
мой огонь как жизни просит
эту осень дольше не тушить

меня можно сегодня читать по губам
незнакомым губам спешащих прохожих
из шипящих – озябших – по раннему схожих
этих звуках. читать по слогам
меня можно сегодня найти в небесах
отраженьях витрин, ярко красных цветах
перед праздником я – сам себе господин
госпожа я себе – отыщите меня
меня можно сегодня найти
если сильно зажмурить глаза
если чуть надкусить
терпко кислые ягоды лета
я сегодня во всем:
и вот в этом отрывке из света
и в тени этих двориков сломанных на пополам
чьей-то тонко натянутой леской для сушки белья
в этом всем. как в петле. сегодня есть я.

мои желания словно талисман
меня ведут от севера южнее
от холодов /как птицу/
в теплый стан
куда спешу. ищу. и где светлее
мои желания взрывают этот мир
и вертятся как он
по замкнутому кругу
от севера – где рождена –
и к югу – там где умру
когда наступит день

August 31, 2004

И крылья новые
И души новые
И то, что старые, уже в раю
За все оплата есть
На все причина есть
А значит снова быть должно в строю
И резко крылья ввысь
Взлететь. Не дать Беде
Накрыть своим крылом
Грозой на город лечь
Судьба трубит подъем
Идет на Землю сечь
И Рыжий Ангел мой опять в бою.
Тревога в сердце бьет
Там где крыло срослось
С душой, и Словом тем,
Что на Земле
Читает Ангел мой
Молитвы ровный слог
За души всех кто жив
В скользящей мгле

мой друг, прости, но ты всего лишь друг
без поцелуев, страсти и метаний
без яростных ночей и ожиданий любви
ты есть мой штиль, мой якорь и мой круг
мой друг, прости, что я даю другим
сгореть в огне, растаять словно дым
и не тебя испепеляю взглядом
мой друг, прости, но в этой жизни надо
иметь друзей, что бы любить подруг
и хорошо, что есть на свете преданный мой друг

друзья моих друзей – мои враги
по капелькам мгновенья в этой жизни
они крадут их от меня
и мысли, моих друзей, берут себе
друзья моих друзей
их слишком много
как лоскутки огромных одеял
они крадут, кто мне так сильно дорог
на миг, на час, на вечность
и изъян,
всей ситуации мне видится все ярче
не стать мне всем
не завладеть душой
лишь только капелькой
и чем живу я дальше
тем больше океан передо мной

September 2,2004

я не закрою ладошкой твои глаза
смотри и помни – там убивают людей
детей, таких же как ты
сестер, братьев и матерей
смотри и помни – там убивают людей
я хочу что бы твои глаза
на всегда сохранили ужас войны
плачь. когда течет слеза
это значит, что ты еще жив
и не важно сколько лет тебе
пять, пятнадцать или сто семь
запомни то, что видишь сейчас
и расскажи другим
ради других детей,
которые живы, выжили
жизнь – главное слово
все остальное – вранье
и ни один Господь не призывает
забирать ее
я не закрою ладошкой твои глаза
смотри и помни – там убивают людей

September 4,2004

на крыше дома
свесив ноги
в руках гитара
в мозгах раздрай
играю ноты
пою “дороги”
и там внизу
“родимый край”
на крыше дома
под сводом неба
плюю на то
что уже прошло
а где-то ниже
шагов за двести
шагает чудо
и хорошо
на крыше дома
в руках гитара
мой пульс как птица
и поворот
тебя уносит
летящим шагом
мне не успеть
допеть
и вот
от крыши вниз
ступенек триста
стирая кеды
и струны рву
несется сердце
прощаясь с детством
ловлю любовь
тебя. судьбу

September 10,2004

Коричневым напольным цветом покрашен шкаф
Паркетом, который пахнет стариной,
Обиты стены между нами
Мы по соседству
Меж дверями стоит комод
Не твой. Не мой
Под ярко синим покрывалом
Моя кровать как древний плот
Несет в себе меня и вот
Во сне я правлю этим балом
Под тонкой шерстью из овец
Твой сон похож на паутину
И так же призрачно рутинно
Он выбивает ритм сердец
При ярком свете этой жизни
Соседствуя уж много лет
Мы доверяем наши мысли
При чтение утренних газет
Ты, по слогам читая строчки,
Чеканя каждый новый пункт,
Во мне стираешь «тире-точки»
И «SOS» любви из первых букв
Я, медленно, напевно, плавно,
Качая колыбель статей
Тебе слагаю рифму
Славно, читать вот так под крик детей.
И каждый вечер – как в награду
Играем старый ритуал
Я выхожу. Курю. Так надо.
Что б дым тебя ко мне позвал.
Соседи.

Гранатовым соком по венам
Осколки под кожу
Выгнуться – ветер
И крылья – не сложно
Взлететь
Яблоком спело-зеленым горло
Бабочка-галстук вспорхнет
Прохожий
Медленно пульс отсчитает
Растает
Скажет отчаянно
«Поздно»
И что же?
Выпьешь до донышка
Косточка между
Зубом алеет
Гранатом искрится
Плавится сталью
Кажется пылью
Влюбиться

September 11,2004

мороженое
фисташковое
вишневое
с кусочками мармелада
что бы слизывать с губ
краснеть
шептать “так надо”
и оправдывать “случайный поцелуй”
тем что капля может испачкать платье
(рубашку, штаны или просто кожу)
когда жарко есть повод
вспомнить (не думаю что забыла)
о прохладе и даже зиме
мороженое
можно кусочек и мне?

September 14,2004

не подпускай меня к себе
близко
не разрешай говорить
тихо
не доверяй касанию
пальцев
выдержи расстояние
паузой
так легко закружиться
вихрем
так легко поддаться
нежности
если вдруг очутиться
где-то
где не надо бояться
себя
так беги от меня
быстро
уноси ожидание
лета
девять месяцев будут
вечностью
впрочем все это тоже
я

September 19,2004

по нервным пальцам гадать на жизнь
касание – солнце окрасит небо
и нежно ладошкой закроет
сердце выпрыгнуть может и в такт
неспешно коснуться губ
отбив ча-ча-ча
замереть
так искренне мне не любить никогда
как сейчас, когда я не знаю пока
тебя

September 24, 2004

в моем городе спят фонари
под покровом осенним
под тяжестью серых дождей
под раздробленность скрипок
оркестра из первых миноров
им так сладко спать
в ожидании своих дирижеров
и рассматривать мимо спешащих людей
в моем городе спят фонари
до вечерней зори
до темна
до мерцающих звезд
отраженных в осколочных лужах
и в преддверье зимы
когда первая мокрая стужа
обнимает дома
им проснуться пора
но
в моем городе спят фонари
и проснуться нет сил и желания
так тепло спать
когда ожидание обещает рождение любви
в моем городе спят фонари

September 28, 2004

мне сдают города
вместе с злобой и вырванным “да”
в перемешку со страхом и сломанным “нет”
плюя грязью и не ожидая ответ
мне сдают города
признают поражение до
первых схваток в бою, первой крови в раю
первых приков в отчаянном споре
мне сдают города
плачутся в собственном горе
ненавидят
и требуют сдачи еще
мне сдают города

October 5,2004

И что еще?
Ах, да, кофе!
Обязательно с молоком.
Нас за столом утром двое.
Каждая у своих берегов.
Нас за столом так мало.
У вас нервно ритмичный пульс
У меня капля на скатерть упала
Пусть.
И что еще?
Ах, да, море!
Вы пахнете солью морской
Я – пенкой для ванны – не боле
Но чувствую Ваш прибой.
Ветер.
И что еще?
Ах, да, солнце!
Выше солнца, если смотреть на свет
Вы – наивный ребенок японца
Любящий передавать привет
И протягиваете мне (так робко)
Утренний тост и белое молоко
Кофе. На двоих?
Легко!

October 10,2004

Мы не вместе ни врозь
И дальние страны
Каждой ближе из нас
По картинному рьяно
День уходит в закат
И дымит сигарета
У тебя чашка кофе
У меня к ней приветы
Мы не вместе ни врозь
Между строчками писем
И косыми дождями
Что день этот крысят
И бегут по стеклу
Серо-быстрые ножки
Между нами кино
И жизни немножко
Как по скатерти белой
Молоко разольется
Белой вьюгой зима
В мои окна забьется
Мы не вместе ни врозь
Расстояние не к месту
Я читаю роман
Ты все ставишь на место
Мы не вместе ни врозь

October 23,2004

последние мгновения – дорога
я не умею говорить “пока”
мне кажется что все по воле бога
и даже шаг. и эта вот строка
мне грустно от того что не увижу
и радостно – так много впереди
я никого пока что ненавижу
и я люблю всех на своем пути
мне кажется что я расправлю крылья
и мой полет по жизни как стрела
я не люблю прощаться от бессилья
что не увижу больше никогда
но всякая надежда умирает
последней в этом мире как всегда
и я вернусь, как птица прилетает
в оставленные раньше города

November 9, 2004

Мои качели вверх и вниз
Как вены трутся
Еще рывок и разлетевшись
Все ж оборвутся
Как в самом бешеном кино
Заворожило
Земля от неба унеслась
Стекло разбила
Прервав мой бешенный полет
Ах, сердце бьется
Ребенок вьет канаты – вьет
Вьюнком из солнца
И я. И крылья за спиной.
И что-то выше
Взлечу. Взмахну. И вскрикну в миг.
Никто не слышит.
Лечу.

November 25, 2004

По тонким клавишам скользя
Рождая ноты
Ловлю сквозь звук твое «нельзя»
И повороты
Такой красивой головы
И профиль гордый
На тонком «ля» целуешь ты
Мой рот упертый
Я не умею петь во сне
И все же редко
Когда приходишь ты ко мне
Пою…

November 26, 2004

На небесах сегодня отдыхали
Снимали крылья
Выбивали перья
И медленно по облакам шагали
Сбивая смесь недавнего похмелья

November 28, 2004

Ну хорошо, золотым леопардом
С черными пятнами неба на шкуре
Ты снова придешь и будешь со мной
Как прежде читать между строк различные книги
И ночью, когда не будет гореть
Ни фонарь, ни лампа, ни даже свеча
Нам будет светло – от свечения шкуры твоей
Я – эгоистка. Мне надо увидеть тебя
Вчера. Сегодня. И завтра.
Пока я умею читать. И ждать.
В ожидании гостей.
Гостя. Число единица.
Тебя – в леопардовой шкуре
December 2, 2004

в полный рост
с любой точки зрения
рассматривайте по частям
что бы не говорить потом
“не ожидали!”
или
“ваше пение – режет слух!”
режет
как лезвие по белым костям
предупреждаю сразу
первое впечатление ложно
поэтому не верьте глазу
пробуйте на зуб осторожно
как канатоходец по проволоке
медленным шагом к познанию
изучайте
пока позволяю себя
изучать
и требую признания
со всем своим черным и белым сразу
со всеми минусами до горизонта
и плюсом жирным как небо
принимайте
как свет или заразу
и не говорите “нету!”
я – есть!

January 19,2005

привет, уходящая пятница!
я – Робинзон недели.
все мои ветхие хижины смоет волна выходных.
и думать не стоит, право же
про новые понедели...
про вторники и с ними ижие
до следующих выходных!
привет, уходящая пятница!
как папуас темно-оконная
офисы все выключают
белые взгляды в домах.
и только уютно-желтые
по детски “цепляче-нежные”
вечером распускаются
огни в кафе и дворах.
тут тоже живут.
и знаешь ли,
верят, что выходные долгие
смешные люди
трамвайчики
улицы – острова...
привет, уходящая пятница!
усталая, долгая, звонкая...
прощай, уходящая пятница!
мне тоже, наверно, пора...

January 21,2005

на моем континенте снега
Прага в белом одета – невинна
заметала днем девка пурга
тропы, улицы, грязь...
так обидно,
что тебя нет сегодня со мной
самолет делит небо на старте
белой, cнежной, немой полосой
выходные уходят...
оставьте, все слова
мы сегодня на “вы”
для тебя город платья из снега
одевает
и детская нега, не прикрытая
в Праге, увы...
на моем континенте снега

January 23,2005

она мне призналась в любви (не ко мне)
счастливый друг из далёка
пишет про то, что счастлив
и я понимаю – скучаю
надо дойти до дома
выпить чай или просто
лечь и поспать немного
завтра. как и всегда. будет лучше.
устала.
чего-то ищу. вечно.
из города в город.
из света туда
(тут опечатка и написала “иуда”
исправилась быстро – но в чем-то все символично)
где слепит еще светлее
и слепнут глаза
если понять еще
что же ищу я?
наверно, стало бы проще
и встать. пойти. дойти и уснуть.
было бы легче...
чем просто сидеть и ждать...
осенит ли?

January 28,2005

Китайский городовой, зачем вините того китайца?
Он маленький. Меньше сибирского зайца.
Глаза раскосы так же и очень зубы похожи тоже.
Китайский городовой, не стоит смотреть так сурово.
Подумаешь, не то слово сказал, проходя домой.
От усталости человек выругался. Просто так
На Судьбу и Власти. А вы распыляете страсти.
Страшите его тюрьмой, Китайский городовой!
Я , знаете ли, то же в чем-то китаец.
Пишу с ошибками и говорю смешно
Дети смеются, как-будто им показали палец,
Или упал на корке банана в немом кино.
Сэр, господин, товарищ срочно отпустите китайца домой!
И не смотрите на меня сжимая палец
Ваш кулак явно сегодня не хочет дружить со мной...
Блин, Китайский городовой!

January 31,2005

на ладони тепло
на ладони весна
расплескалась по пальцам
сквозь них на леса
на покрытые теплым асфальтом дороги
на домов городов
на подснежник
тревоги
все вобрав между строк
оттерев до бела
на ладони весна
распустилась
пришла
и лежит

March 24,2005

А помните наши встречи?
Наш «гадкий», но милый кофе?
Вы доставали свечи
Гадали на ранние зори…
А помните, Вы мечтали:
«Найти того, кого полюблю я»
Наверно искать устали
Живете «не хуже июля»…
Июль ваш конечно не хуже
Любили Вы. Я не очень.
Но страсти много не надо
Темнее были бы ночи
Сейчас все по-другому
Вы – холодны
Вас – люблю я
Гадаю на ранние зори
В предвосхищение июля…

Убегала от себя
Пряталась
Вышивала крестиком
Нолики
И казалось заря
Плакалась
Умывала горда
Голенькие
И пройти поперек
Хочется
Да на карте все так
Кружится
Догоню себя
К ночи я
Вышью город тебе
Кружевной
Белониточный
Твой
Каменный

Соглашусь, – я огрызок маленький
От чего-то большого и вечного
Более трепетный, более раненый
И человечнее самого человечного
И еще я скажу, вредное,
Я порой бываю создание
И ни сладкого ни ем
Ни хлебного
И не пью ничего…
Мироздание сотни раз, наверное,
Выгнулось
Тетивой натянулось – не лопнуло
И пока я живу – не выплюнет
Не подавится. Уже пробовало.
Вот такой я огрызок…маленький…

March 27,2005

Прилетели птицы южные
Суматошные да ранние
Все ростки зеленые
Выклевали «до свидание!»
И на миг все замерло
Голо-черно-слякотно
И не весна уже
И не зима еще
Межвремение.
Ворожба идет!

Прилетели птицы южные
Разогнали зиму долгую
И завьюжило и заплакало
И капелью все меж камней ушло

А не ведаю, что придет взамен
То ли теплый день
То ли зной небес
То ли солнышко будет ласково
То ли царь Ярило выжжет до песка
И из камня вода – высохнет
Там где ее и не было
А уж где была – там подавно нет
Все уйдет в рассвет – лета нового

Прилетели птицы южные
Принесли на крыльях весточку
И не знаю я – то ли песни петь
То ли слезы лить
То ли жизнь смотреть
Да рассказывать
Пусть сама идет.
Пусть как речка вьет
Берега свои…
Берега свои –
Мою жизнь вперед!

Смейся город тысячи лиц:
Из верениц столетий летящих
В воду глядящий домами глазниц
Криком ликующим
Криком звенящим!
Смейся ночным, раскатистым громом
Звонким клаксоном ночного такси
Мне не знакомый любимый прохожий
Смейся, ласковым чешским «просим»!
Проси…
Быть единицей, нервом и венкой
Быть твоей кровью –
Жизнь приносящей
Птицей ночной,
Быстрокрылой…Летящей!
Я отдаю себя
Ты же проси – быть!

April 2,2005

Сегодня меня короновали
Дома, настроение, люди
Смотрели и целовали
И говорили «любим!»
Сегодня я королева
Пусть в джинсах
И просто в кроссовках
Птицы встречали первой
Официанты целовали робко
Руку, когда прощались…

April 18,2005

а еще я сегодня – ходок
исходила улочки разные
наследила
оставила признаки
в этом городе тоже есть я
а еще я сегодня -весна
одевала ярко зеленое
не пошло
ярко рыжее
разное
перемерила
расцвела
а еще я сегодня в пути
у меня настроение праздника
день не кончен
еще впереди вечер-ночь
и звезды проказники
уже манят меня ходока
в дальний путь
в эту ночь
на века

April 26,2005

я вернусь
мое очарование
вашим городом
оранжевыми улицами
будет наполняться ожиданием
всех, кого не встретили
ссутулились без меня
в другом конце галактики
мандариновые солнца – рощицы
в ожидании – отсутствует в них практика –
выплеснуть всю страсть
что так полощется
по развернутому миру бытия
я вернусь
и снова буду я

May 4, 2005

Мой дождь сквозь солнце
Пражский. Ранний.
Весенний. Заводной.
Печальный.
Стекает по лицу.
Губами жадными вбирая
Целую дождь в раскатах мая
Миллионы брызг от белого бокала
Летящего на скомканный асфальт
Стекло
Мой дождь ни капли не ревнуя
К другим
Кому ты даришь поцелуи
Люблю тебя

May 4, 2005

Фиолетовые сны
Настроение природы
Между радугой весны
Капли прошлой непогоды
Фиолетовые сны
Как кино на старой пленке
Рыжие глаза девчонки
Крылья ангела видны
Фиолетовые сны
Мне проснуться не случится
Только сердце будет биться
Разрываясь на миры
В Фиолетовые сны

Сбудется
Скружится
Сложится
Сакурой весна ворвется
Стается
Стаей птиц меж облаков
Срастается
С берегов земли
Скользя срывается
Сон
May 8, 2005

свернулась ежом
поставила точку
из междустрочия
вышила путь
камешек слово
молчание – песочком
ногу не вытянуть
поступь не суть
кажется вертится
метится в главное
нервно-далекое
быстро забывшее
холодно капает
между пропавшими
камнями улицы
столетия выцветши
свернулась ежом

May 23, 2005

сегодня я буду летать
над старым городом Праги
над снами не русских квартир
над поцелуем мостов
сегодня я буду летать
расправив алые стяги
рассвета и предвещая
жар стальных городов
сегодня я принесу
оплавленность улиц Нью-Йорка
Московский вальяжный прононс
Израильский говор и смех
сегодня смешенье миров
на пражских старинных подмостках
театр меня одной
которого хватит на всех
сегодня я буду летать May 24, 2005

Для меня никогда не будет никого кроме тебя.
Даже если другие будут рядом
Видеть сны и улыбаться свом мечтам
Я не смогу разделить их улыбку
Потому что это будешь улыбаться не ты
И чем дольше тебя не будет рядом
Тем больше будет их
С потерянной улыбкой однажды ночью
Рядом со мной
Я не хочу коллекционировать Их улыбки
Я хочу видеть твою
Каждое утро – просыпаясь за мгновение до тебя
Каждый день – подглядывая за тобой, когда ты не со мной
Каждую ночь – засыпая на мгновение после тебя
И ловя твою улыбку во сне

Jun 21, 2005

а теперь играем в домино
мое «до» летит на перегонки
и вырывает скользящее рядом «ми»
врываясь в твое ночное «кино»
а теперь поиграем в четыре руки
мои пальцы по черным скользят несмело
твои – белое ласкают тело
разрывая старое пьяно на рванные звуки-куски
а теперь попробуем не убить
не закончить гонку по ночи кровью
гармонию в хаосе возродить
удивленно поняв, что называем любовью
гонку по лезвию жизни-ножа
а теперь…
открываем дверь и приглашаем пажа

Jul 2, 2005

У нас нет такой дозы
Значит вены останутся целы
И за прервой грозой разойдутся опять облака
Порошком между черным и серым
Белым светом покроют тебя на века
У нас нет тако дозы
Что бы вычертить вечность
Меджу сотни миров найти лишь один
Заначит надо опять
Обретать человечность
Доставать старый виски
И пить аспирин

August 6,2005

увидимся на углу
город расчерчен на линии
на перекрестки пространства
на времени светлые части
увидимся на углу
там запахи сходятся вместе
там переплетаются взгляды
и настроение рядом
обмен и пожелания счастья
увидимся на углу
выйдем потом на прямые
сходящиеся на время
что бы опять разойтись
see you

September 13, 2005

commenting closed for this article

<< <<

>> **** >>

Рыжий Ангел

о жизни и не только

Свалка графоманства 1999-2005 гг. Если что из того периода найду - добавлю. · 14.09.05 by Рыжий Ангел