Go to content Go to navigation Go to search

Ревизия крыльев · 12.08.18 by Рыжий Ангел

Раз в год или раз в столетие, а может быть, и раз в вечность, но в жизни любого ангела бывает как минимум один раз тот самый “раз”, когда проходит ревизия крыльев. Не смена оперения, как это обычно бывает на Рождество. Не великое награждение новыми сантиметрами в диаметре, а значит и новыми подопечными душами, а самая что ни на есть настоящая ревизия. И самый главный ответ на вопрос “А достоин ли ты носить крылья?” каждый Ангел находит по-своему. Ибо, если не ответить, то можно навсегда потерять крылья. Конечно, потеря это не забвение. Просто попадаешь в рай и становишься как все другие души. Вот только души людей имеют шанс вернуться на землю в новом теле. А ангел, потерявший крылья, так и будет до скончания вечности пребывать в Раю. Вот только тоска по крыльям и земле нет-нет, да и омрачит небесный свод...
– Ты уже знаешь ответ на вопрос? – Белый Ангел посмотрел на Рыжего и отвернулся, ожидая ответа. – Ты точно знаешь?
– Что, боишься меня больше никогда не увидеть?
– Боюсь, – Белый снова посмотрел на друга. – Как ты можешь так спокойно относиться к этому?
– Обычно, боятся того, что известно. Неизвестность же неопасна. Скорее, притягательна и загадочна. Чего же мне боятся? – Рыжий обнял товарища и улыбнулся.
– Ты когда получил весточку?
– Сегодня утром. До вечера мне надо сформулировать ответ. Это так долго “до вечера”, что я даже не хочу забивать себе голову.
– Он не хочет! – Белый раздражительно скинул руку Рыжего Ангела с плеча и прокричал: – Он не хочет! Да ты самый безответственный обормот на небе! Ты знаешь, как другие готовятся к ревизии? Вспоминают все свои подопечные души...
– Я и так помню.
– Анализируют, что можно было бы исправить в уже сделанном!
– Зачем думать о том, что все равно уже свершилось?
– Чтобы не напортачить в будущем?
– Но, каждый случай уникален. Стоит ли перетаскивать ошибки и победы прошлого на будущее? Каждый живет здесь и сейчас. То, что было хорошо для одной души вчера, завтра может оказаться великим злом!
– Философ! Как ты можешь философствовать, когда надо сконцентрироваться на формулировке? Не понимаю!
– Да брось ты. Я вот уже и не помню, как стал Рыжим Ангелом. И не вспомню, что был им, если однажды исчезну. – Рыжий вздохнул и покачал головой. – Как я слышал о тех, кто не прошел ревизию, никто не помнит потом, что был Ангелом, но точно знает, что не был человеком.
– Это страшно...- Белый сжал ладони в кулак и прошептал, – Пожалуйста, перестань валять дурака и сформулируй то, что Он просит.
– Еще есть время. – Рыжий взмахнул крыльями и спустился на Землю....

**********
Рыжий кот сидел на подоконнике и наблюдал за голубями. Бориске, мальчишке лет 12, родители запретили открывать окна. Мама предупредила, что Бузка может упасть, а третий этаж даже для котов не безопасен.
– Бузка, кис-кис, иди ко мне. Все равно через окно птицу не поймать. – Бориска снял кота и посадил к себе на колени – На волю хочешь? Дурилка! А помнишь, как я тебя во двор выносил? Ты со страха под машину забежал. Это ты дома такой бестрашный. А на улице...

Кот заурчал на руках мальчишки и прикрыл глаза.

“На улице” – билось колокольчиком окончание фразы. Борька многое бы дал, чтобы оказаться сейчас на улице и играть со всеми в футбол или казаки-разбойники. Только кто его теперь возьмет? В прошлую пятницу, когда две дворовые команды по жребию выставили его и Витальку Локхина на “слабо”, надо было всего то забраться по пожарной лестнице на крышу. Кто заберется первым, тот и победил. А значит, что и двор на этот месяц принадлежит команде победителя. Виталька хоть на год и младше, но на целую голову выше. Да и высоты не боится. А он, Борька, долез до третьего этажа, увидел изумленное лицо мамы в окне напротив, и ...испугался. Испугался высоты, наказания, потому что полез по пожарке, хотя родители строго-настрого это запрещали, вечернего неба, на мгновение закрывшего солнце и ...темноты. Вот и не объяснить сразу так. Но испугался всего. Спустился на землю и под негромкое Алькино “Трус проклятый!” ушел домой, стоять в углу и выслушивать мамины упреки. Вот так вот не задалась жизнь. А ведь лето вот-вот начнется. И сидеть ему дома. Потому что во дворе даже четырехлетний Виталька с ним разговаривать не будет.
– Бузка, ты тоже думаешь, что я трус? – Борька потрепал кота за ухом и посмотрел в ленивые глаза.
– Мяяяяяяяяяяяяяв, – кот поудобнее устроился на руках и заурчал.
– Тоже, – перевел с кошачьего языка Борька и сбросил Бузку на пол, – ну и иди отсюда! Друг еще называется!

Кот вытянулся на ковре, выгнулся, поднял хвост пистолетом и гордо вышел из комнаты. А Борьке хотелось плакать. Сначала в голову пришла идея, что если вот что-то случится, ведь обязательно за лето случится, и он – Борька – окажется рядом и достанет воздушного змея, зацепившегося за дерево, или, например, котенка, упавшего в люк, или же – тут фантазия разыгралась – Виталька упадет с велосипеда и не сможет идти, а он понесет его до поликлиники…а потом идеи прошли и осталась печаль.
– И почему я такой трус? – Борька с грустью посмотрел на свое отражение в зеркале.
– И почему ты такой трус? – раздалось из окна. На подоконнике стоял мальчишка. Рыжий, веснушчатый. В тонкой парусиновой майке и потрепанных джинсах. – Может, откроешь окно, а то на карнизе неудобно стоять, пяткам горячо от железа. Солнце нагрело.
– Ты... кто? – Борька открыл рот. Потом закрыл. Потом открыл снова.
– Окно, говорю, открой!
– Ой! – Борька распахнул окно и выдохнул изумленно, – проходи!

Незнакомец легко спрыгнул на ковер, и совсем как кот, выгнув спину, почесал лопатку.

– Пока до тебя доберешься, то столько неудобств испытаешь! Что смотришь? Хоть колой угости!

Все еще не веря в происходящее, Борька достал из школьного рюкзака бутылку колы и протянул гостю: Тебе что здесь надо?
– Да так, – мальчишка подмигнул и отпил немного, – погулять вышел. Иду. Смотрю, ты сидишь. Грустишь. Сам себя трусом называешь. Вот и решил зайти, познакомиться.
Незнакомец протянул руку: Привет!
– Привет! – Борька пожал ладошку и улыбнулся. – И часто ты в окна заходишь?
– Не-а. Только, если хочу через окно кого-то выманить.
– Меня что ли?
– Зачем ты мне нужен? Третий этаж не игрушки. А вот Бузка твой очень даже любит гулять по карнизам!

Только сейчас Борька заметил, что кот сидит на подоконнике, прижав уши к голове, и нервно подергивая хвостом. Огромный голубь на окне у соседей расхаживал по подоконнику, гордо выпячивая грудь.
– Бузька! Нет, Бузька!

Но кот уже не слышал Борьку. Инстинкт охотника взял верх. А боязнью высоты коты никогда не страдали. И домашний рыжий Бузька прыгнул за своей добычей.

Сердце Борьки упало куда-то вниз. В ушах все зашумело, а в голове было лишь одно слово “Убился!”.
– Мяяяяяяяяяяяяяуууууууууууууу, – откуда-то с улицы завопил Бузька. Боря подошел к окну и выглянул наружу. Кот сидел этажом ниже на козырьке соседского балкона и орал так, словно на него напала свора собак.– Мяяяяяуууууу!

Борька на бегу надел тапочки и схватил ключи со стола. Если соседи дома, то спасти кота пара пустяков!

Незнакомец посмотрел на вылетающего из квартиры мальчишку и подошел к окну “Сиди там и ори! Соседей все равно нет. Так что Борька тебя спасет! Да, не вздумай когти от страха распускать, а то знаю я вас, кошаков!”. Потом он не спеша допил колу, легко запрыгнул на подоконник, посмотрел на собравшихся во дворе детей и спрыгнул вниз...
– Бузечка, Бузька! – Борька выбежал на улицу и посмотрел наверх. – Не бойся, Бузька.
– Мяяяяяяяяуууууууу, – жалобно ответил кот.
– Теперь его только через балкон снять можно. – Виталька внимательно смотрел дом, – если с моего балкона по веревке спуститься, то можно подхватить. А потом веревку скинуть, закрепить на этом балконе и спуститься еще на этаж. А с первого этажа уже просто спрыгнуть. Всякий дурак может.
– Сможешь? – Борька с надеждой посмотрел на Локхина.
– Я что, дурак за твоим котом прыгать? Вот веревку у ребят попроси, а на балкон я тебя, так и быть, пущу. Так что, сам и полезешь. Или сдрейфил?
– Сам ты, сдрейфил! Давай свою веревку!...

**********
Рыжий Ангел чистил мандарин и аккуратно раскладывал дольки на облаке.
– Ты что делаешь? Ты понимаешь какому риску ты подверг ребенка? – Белый Ангел появился из ниоткуда и свалился на Рыжего.
– Ты мне мандариновую дольку раздавил!
– Да я тебя самого раздавлю! Там твой подопечный по дому как ниндзя лазает!
– Кота достал?
– Достал, конечно. – Белый уже не кричал – только зачем все это надо было вытворять?
– Ну, во-первых, уже никто не подумает, что он трус. Во-вторых, помирится с этим, как его? А, Локхиным. Ну и почевствует себя героем!
– Вот навернулся бы он с балкона или веревка бы не выдержала, что бы тогда?
– Я что, похож на идиота? – Рыжий заулыбался.
– Похож!
– Но, не идиот. И не обзывайся! Все было просчитано. Веревка проверена. Кот подготовлен.
– А то, что он тебя видел! Что скажешь? Прямое вмешательство! – Не меня, а мальчишку. А кто ему поверит про сорванца, влезшего в окно на третьем этаже? Никто! Влетит от мамы за геройство. Да и то, не сильно. И сын живой и все хорошо... – Рыжий лег на облако и закрыл глаза...
– Ответ формулируешь?
– Тихо! Слышишь? – Рыжий улыбнулся и исчез
– Только не снова! Только не опять! – Белый Ангел взмахнул крыльями. – Куда тебя понесло на этот раз?

**********
– Вспоминают раз в год, на девятое мая. Дедушка, говорят, расскажи о войне, – Андрей Ефремыч размял сигарету и вздохнул, – а что про нее рассказывать? Интересно им, понимаешь ли.
– Да ладно тебе, ворчишь на мир. К тебе хоть иногда приезжают. Мои-то и про девятое мая забыли. Позвонили на следующий день, поздравили. А мне нужны эти поздравления задним числом? – Егор Михайлыч пододвинул стакан водки. – Выпьем за все хорошее?
– Выпьем. За все и осталось....

В парке, на скамеечке, пенсионеры вели свою неспешную беседу. Майские праздники остались позади, а впереди короткие дни. В старости дни долгими не бывают.
– Ты, Ефремыч, все же внукам рассказывай, как оно там раньше было. А то время идет. Память человеческая короткая. Половину переврут, а половину выдумают. А твои, послушают и запомнят, правду – то.
– Думаешь, запомнят?
– А куда денутся? Я тут читал, что детский мозг как машина счетная, все запоминает, пока ребенок не вырос.
– Гляди ты. – Андрей Ефремыч кивнул на лужайку недалеко от скамеек, на которой играла малышня. – А может не надо им запоминать? Живут в мире, и слава Богу! Пусть для них война сказкой будет.
– Э, нет. Смотря, какой сказкой. Пусть будет. Но только правдивой и страшной. Чтобы выросли, и не было у них желания никого убивать. А вот тех, кто убивает, люто бы ненавидели и от таких гадов Родину защищали.

Большой зеленый мяч подкатился к скамейке и вихрастый мальчишка, запыхавшись подбежал к пенсионерам.
– Дедушки, отдайте мячик!
– Этот? – Егор Михалыч подбросил в руке мяч. – Твой?
– Ага, мой, – мальчик улыбнулся и подошел поближе.
– Бери, раз твой. Что же ты, гол пропустил?
– А у нас разметка из кроссовок. Один сдвинулся, а мяч и проскочил!
– Так надо было камнями ворота обозначить. Вон, видишь у пруда камни. Вполне подходящие.
– Да мы так, – мальчишка взял мяч и махнул рукой, – все равно не по-настоящему.
– А во что по-настоящему играете? – Андрей Ефремыч отодвинул бутылку подальше от мальчишки, чтобы на глаза не попалась. Стало ему как-то неловко от того, что вот так в парке сидели и выпивали.
– По-настоящему это в компьютере. Там и жизни и уровни, а если умер, то новую жизнь за очки получаешь. Мне пора! – выпнув мяч на поле, мальчишка побежал к друзьям.
– Ишь ты. И жизнь и смерть не один раз.
– Да. У них уровни и жизнь в запасе. – Андрей Ефремыч покачал головой. – А мы с тобой в одном уровне прошли и войну, и застой, и перестройку, и вот в светлом будущем сейчас.

Ярко-рыжее солнце уже давно перевалило за полдень. Еще не настало время сумерек, но уже ушло время жары. Игра закончилась, и мальчишки собирались по домам из парка. Недавний знакомый подошел к старикам, и доверчиво глядя в глаза успевшего опьянеть Михалыча произнес: Дедушка, а Вы до автобусной остановки идете или до трамвайной?
– До автобусной. А тебе зачем, малец?
– Да наши все на трамвай, а я с Каменной улицы. Мне на автобус. Одному идти не хочется. Можно, я с Вами?
– Кхе, ты это, Андрей, не обижайся, я с мальцом поеду. Видишь, человеку попутчик нужен?
– Да что там обижаться. Засиделись мы с тобой. Все равно мне на трамвай. – Андрей Ефремыч поправил панаму и подмигнул мальчишке. – Я тебе, пацан, разведчика в попутчики даю. Так что, не бойся, доставит тебя домой.
– А я и не боюсь! – мальчишка улыбнулся – Я просто не люблю один ездить.
– Ну, я так и понял. – Ефремыч пожал руку приятелю. – Звони Егор. Не пропадай надолго. А то что-то, перестал я любить дни без звонков. Пока, малец!

По Каменной улице шли старик и мальчик. О чем они говорили, было не слышно. Но, если бы прохожие вгляделись внимательно, но увидели бы, как плакал тот, чья голова была покрыта снегом, и как сжимал ладошки в кулаки тот, чья вихрастая голова горела огненным солнцем в наступающем сумраке.

**********
– Они говорят о войне? – Белый Ангел посмотрел на землю и, проведя рукой перед собой, закрыл ее облаками.
– О ней. И еще об играх. Жизни. Уровнях. – Рыжий улыбнулся, – и о том, что сколько бы ни было уровней, но жизнь одна.
– Слушай, вот объясни мне, зачем все это? Мимолетно. Мгновенно. Без великих глобальных изменений? Ты потратил время, которое надо было провести, ища ответ на вопрос.
– Не знаю. – Рыжий пожал плечами. – Достоин? Не достоин? Какая разница? Пока есть крылья, я могу переворачивать миры или ловить мгновения. Помогать сделать шаг тому, кто должен изменить мир или останавливать того, кому просто надо поговорить или подумать. Каждому свое. У меня нет ответа на вопрос “достоин ли я?”. У меня есть только желание быть с ними. В самых незначимых, по чему-то мнению, моментах. Просто быть с ними, и переживать с ними, и учиться с ними, и быть ими... хоть на мгновение – быть...Полетели?

Яркая звезда взорвалась в дальней галактике. Крылья Рыжего вспыхнули золотом и он засмеялся: – Полетели, Белый! Нас ждут люди! Нас ждут души! Нас ждут, и значит мы достойны того, чтобы быть!

  Помощь по Textile

<< Нет <<>> Вспоминать жизнь >>

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru